Войны детям: Дополнительные выплаты «детям войны» могут начаться уже в июле
By: Date: 03.08.2021 Categories: Разное

Содержание

Координация гуманитарной деятельности — Защита детей во время войны

Защита детей во время войны

Координация гуманитарной помощи
Защита сотрудников ООН и гуманитарных организаций

Более чем в 30 странах свыше 250 тыс. детей в возрасте до 18 лет подвергаются жестокой эксплуатации в качестве солдат. Некоторым из них всего семь-восемь лет, причем среди них есть и мальчики и девочки. За последнее десятилетие в результате вооруженных конфликтов и гражданских войн погибли 2 млн. детей, еще 6 млн. получили серьезные ранения или стали инвалидами. Многие другие, кого война сделала сиротами или разлучила с родителями, пережили тяжкие эмоциональные потрясения в борьбе за выживание.

В своем выступлении на открытом заседании Совета Безопасности 17 июля 2008 года, посвященном обсуждению проблем детей в условиях вооруженного конфликта, Генеральный секретарь сформулировал коллективную волю следующим образом: «Обеспечение защиты детей в вооруженных конфликтах — это наиболее безошибочный способ проверки на качество для Организации Объединенных Наций и ее государств-членов. Это моральный призыв, и он заслуживает того, чтобы стоять над политическими интересами. Решение этой задачи требует новаторского и бесстрашного подхода и приверженности со стороны всех основных участников процесса».

Совет Безопасности призвал к наращиванию усилий по прекращению использования детей в качестве солдат и защиты детей в период вооруженных конфликтов. В мандат операций по поддержанию мира теперь включается задача защиты детей, а в состав ряда миссий по поддержанию мира, например в Демократической Республике Конго и Кот- д’Ивуаре, входят гражданские специалисты по защите детей.

Правовые нормы и стандарты

Система норм и стандартов по защите детей в период конфликта разрабатывалась в течение ряда лет. В нее входят:

Римский статут Международного уголовного суда, который квалифицирует призыв, вербовку или использование детей в возрасте до 15 лет в военных действиях как военное преступление;

Факультативный протокол к Конвенции о правах ребенка, который устанавливает возрастной предел в 18 лет для принудительного призыва и прямого участия в военных действиях и требует от государств- участников снижения минимального возраста для добровольной вербовки как минимум до 16 лет;

Шесть резолюций Совета Безопасности — 1261 (1999), 1314 (2000), 1379 (2001), 1460 (2003), 1539 (2004) и 1612 (2005) — о защите детей, затрагиваемых вооруженными конфликтами;

Конвенция 182 МОТ, которая определяет использование детей в качестве солдат как одну из наихудших форм детского труда и устанавливает 18 лет в качестве минимального возраста для принудительной вербовки;

Женевские конвенции и дополнительные протоколы к ним, которые гласят, что дети являются объектом особого уважения и защиты против любых форм наступления в ходе конфликта, а также что они должны быть обеспечены «необходимой заботой и помощью».

Специальный представитель Генерального секретаря по вопросу о положении детей в вооруженных конфликтах принимает меры по информированию мирового сообщества о влиянии конфликтов на детей и по мобилизации политического содействия правительствам и гражданскому обществу в усилении защиты детей. Он выступает главным сторонником таких мер, как укрепление механизмов контроля и информации о нарушениях прав детей в вооруженных конфликтах; включение вопроса о благополучии детей в повестку дня мирных переговоров; придание нуждам детей первоочередного значения в программах ликвидации последствий конфликтов.

Посещая зоны военных действий, Специальный представитель стремится выступать за принятие сторонами конкретных мер и добиваться серьезных обязательств от правительств и мятежников в отношении защиты и благополучия детей в конфликтных и постконфликтных ситуациях. Помимо этого, ЮНИСЕФ давно работает с правительствами и повстанческими движениями по проблеме демобилизации детей, используемых в качестве солдат, их воссоединения с семьями и содействия их социальной реинтеграции.

Памятник детям – жертвам войны

Преступление, содеянное против детей Лидице, глубоко потрясло скульптора профессора Марию Ухитилову. В 1969 году она решила создать бронзовую скульптуру лидицких детей, которую также следует рассматривать как памятник детям-жертвам войны.

Создание восемьдесяти двух статуй детей в размере большем натуральной величины заняло у нее два десятилетия.  Ателье, где был создан памятник , тем временем посетили десятки тысяч людей во всем мире. Спонтанно начали собирать финансовые средства для создания скульптуры, которая уже тогда потрясала каждого, кто видел ее.

В марте 1989 года автор закончила произведение в гипсе, однако из собранных финансовых средств ничего не получила. Первые три скульптуры, таким образом, были отлиты в бронзе на свои собственные сбережения. К сожалению, осенью 1989 года скульптор неожиданно умирает. Своё произведение всей жизни могла представить расположенное в Лидицех только в своём собственном воображении.

С 1990 года продолжал работу, но уже один, её муж Й.В. Гампл, ее дочь Сильвия Кланова, Анна Нешпорова из Лидице и организации в Праге и Плзни, созданные с этой целью. Весной 1995 года на обозначенном участке был изготовлен бетоновый постамент, облицованный гранитными плитами, после этого наступила та долгожданная минута. К своим матерям в Лидице возвращается 30 детей в бронзовых образах.

С 1996 года в различные периоды времени были установлены остальные скульптуры. Последние 7 были открыты в 2000 году. Сегодня в долину смотрят 42 девочки и 40 мальчиков, убитых в 1942 году.

Исполнились так слова автора памятника, скульптора Марии Ухитиловой.

Я возвращаю от имени мира 82 ребенка нации на их родную землю как поучительный символ миллионов убитых детей в бессмысленных войнах человечества.
Кроме статуй отправляю сообщение нациям:
Над братской могилой детей примиряется с домом дом…

В ноябре 2010 года у скульптуры была украдена бронзовая статуя маленькой девочки высотой около 1 метра, которая была расположена справа на первом плане. Учитывая значительный общественный интерес стали успешно собирать общественные средства. На этой основе можно было снова отлить статую из бронзы на основе оригинальной модели и установить на место.

Большую благодарность выражаем всем, кто идею произведения скульптора Марии Ухитиловой и реализатора скульптуры в бронзе Йиржи В. Гампла морально и финансово поддержали.

Мария Ухитилова

17. 1. 1924 – 16. 11. 1989

Детство и студенческие годы провела в Пльзне, где обучалась скульптуре у профессора Отакара Вальтера. В 1945-1950 годах была слушателем академии художественных искусств в Праге у профессора Отакара Шпаниэла (гравёрско-скульптурное отделение), после была преподавателем скульптуры в специализированной художественной школе в Праге.

Является автором многих барельефов, портретов и медалей. Создала скульптуру Барунки для Чешской Скалице, а её монета достоинством в одну крону с портретом женщины, сажающей саженец липы, была нашей монетой, самое продолжительное время бывшей в обороте. С 1969 года работала непрерывно над памятником детских жертв войны, первым своего рода на свете.
Скоропостижно скончалась от сердечного приступа под вечер 17 ноября 1989 года.

Мемориальный зал со скульптурами и медалями от Марии Ухитиловой, родившейся в Краловице, расположен в музее и галерее северо-плзеньской области в Марианской Тынице.

28 октября 2013 г. президент Милош Земан  присвоил посмертно скульптору Марии Ухитиловой за  произведение всей ее жизни медаль «За заслуги перед отечеством» I степени, в области искусства.
17 января 2014 года также посмертно получила почетное гражданство села Лидице.

«У войны не детское лицо»: в «Океане» открыли памятник «Детям войны»

Сегодня, 2 мая, во Всероссийском детском центре «Океан» состоялось открытие памятника «Детям войны». Представители программы «Океан историй» Российского движения школьников стали участниками торжественной церемонии.

В этом году наша страна отметит семьдесят шестую годовщину Победы в Великой отечественной войне. Она унесла жизни около 27 миллионов человек. Статистика не может дать точную цифру, сколько детей было среди жертв. Каждый житель нашей Родины знает, что среди героев той страшной войны были и совсем маленькие ребята. Они в меру своих сил приближали Победу, помогая взрослым на заводах и фабриках, а иногда и самостоятельно уходя к линии фронта.

Памятник «Детям войны» был создан по макету Семёна Барболина – активиста РДШ из Вологодской области. Автор проекта подготовил для ребят из «Океана» послание, которое зачитали участникам линейки.

«Дети – будущее нашей страны. Этот памятник посвящён символу родительской любви, ставшей корнями будущего дерева жизни, созданного детьми войны.

Наша задача – потомков – защитить это дерево для будущих поколений, не срывать с него ни единого листочка, не отломить ни единой веточки, и самое главное – не срезать это дерево под корень».

Для торжественного открытия нового мемориала на океанскую аллею вожатых пригласили заместителя директора по образовательной деятельности Геральда Рыбкина, руководителя программы «Океан историй» Юлию Веденину и лауреата Всероссийской общественно-государственной инициативы «Горячее сердце» Алёну Молчанову.

Алёна в свои юные годы проявила себя настоящим героем: спасла утопающего малыша в море. Уроки доброты, как и уроки плавания, не прошли для неё даром. Сумев предотвратить трагедию, она стала примером неравнодушия и мужества для своих сверстников. В приветственной речи Алёна поблагодарила за знания учителей 72 школы г. Владивостока, а также попросила ребят быть осторожными на воде.

«Памятник, посвящённый детям войны, будет для всех нас ещё одним напоминанием, что всеми силами необходимо беречь мир. Пока мы будем помнить, мы не повторим этот горький опыт, ведь прошлое – наше наследие», – отметила активистка РДШ и ведущая церемонии Полина Трухан.

В знак уважения участников Великой отечественной войны, океанцы дали старт всероссийской акции «Вальс для победителей».

В конце торжественного мероприятия ребята почли память героев, возложив цветы к постаменту.

Больше фотографий с открытия доступны по ссылке.

В Оренбуржье учредили региональную медаль «Дети войны»

https://ria. ru/20210415/medal-1728437543.html

В Оренбуржье учредили региональную медаль «Дети войны»

В Оренбуржье учредили региональную медаль «Дети войны»

В Оренбургской области учредили региональную медаль «Дети войны», которая будет вручаться рожденным в период с 3 сентября 1927 года по 3 сентября 1945 года,… РИА Новости, 15.04.2021

2021-04-15T16:42

2021-04-15T16:42

2021-04-15T16:42

оренбургская область

денис паслер

единая россия

оренбургская область

общество

/html/head/meta[@name=’og:title’]/@content

/html/head/meta[@name=’og:description’]/@content

https://cdn25.img.ria.ru/images/07e5/04/0f/1728436874_0:0:880:496_1920x0_80_0_0_106d00a39900a3aff20ff25020d9cd6b.jpg

ОРЕНБУРГ, 15 апр — РИА Новости. В Оренбургской области учредили региональную медаль «Дети войны», которая будет вручаться рожденным в период с 3 сентября 1927 года по 3 сентября 1945 года, сообщает пресс-служба правительства Оренбургской области. С инициативой об учреждении медали к депутатам законодательного собрания региона обратился Центр обращений граждан «Дети войны». Инициативу поддержал губернатор региона Денис Паслер. «Я уверен, что такое проявление уважения будет приятно всем без исключения «детям войны». Именно поэтому более 10 тысяч оренбуржцев, чье детство пришлось на военное и послевоенное время, обратились к депутатам “Единой России” и губернатору с этой инициативой», — цитирует пресс-служба директора центра Владимира Федорова.Пресс-служба сообщает, что представители депутатского корпуса в знак уважения и поддержки «детей войны» со стороны государства и общества поддержали общественность и обратились к главе региона. Глава региона попросил депутатов взять на контроль награждение «детей войны» в своих округах и на подведомственных территориях.

https://ria.ru/20210415/rasselenie-1728390082.html

оренбургская область

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og. xn--p1ai/awards/

2021

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

Новости

ru-RU

https://ria.ru/docs/about/copyright.html

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

https://cdn24.img.ria.ru/images/07e5/04/0f/1728436874_97:0:789:519_1920x0_80_0_0_41e2a6b2bc0433f551785b337d1c6c0f.jpg

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

денис паслер, единая россия, оренбургская область, общество

Дети войны — Программы

Проект «Дети войны» осуществляется в рамках благотворительной программы «Место встречи: диалог» CAF-Россия при поддержке фонда «Память, ответственность и будущее». Реализует программу благотворительный фонд «Гражданский Союз» в партнерстве с Пензенским областным отделением международного общественного фонда «Российский фонд мира» и волонтерской группой «Серебряная пора».

Цель программы

Преодоление изолированности пожилых людей, которые пострадали от национал-социализма. Благодаря программе они имеют возможность участвовать в общественной жизни и совместной созидательной деятельности с представителями младших поколений. 

Согласно условиям поддерживающего фонда в рамках проекта работа ведется с четко ограниченной категорией людей. Под термином «дети войны» авторы понимают людей, которым на момент окончания ВОВ не исполнилось 18 лет и которые в той или иной степени, пострадали от национал-социализма: были угнаны в Германию на принудительные работы, были узниками концлагерей, являлись жителями блокадного Ленинграда.

Акции в рамках программы

В рамках проекта «Дети войны» проходят регулярные встречи под общим названием «История за чашкой чая». Каждую неделю участники клуба собираются в Губернаторском доме, обсуждая интересующие их темы, обмениваются мнениями, воспоминаниями. Для участников организуются концерты, походы в театры и на киносеансы, походы в медучреждения для прохождения диспансеризации.

В рамках проекта осуществляется акция «Тепло в подарок». Участники вяжут квадратики из пряжи, из которых потом составляются пледы. Их дарят подопечным программы как символ заботы горожан о лишенных детства согражданах.

В 2014 году в рамках проекта состоялся конкурс «Сохраняя прошлое – создаем будущее».

Источники финансирования

  1. Фонд поддержки и развития филантропии CAF-Россия
  2. Пожертвования от частных лиц и компаний

Информационные партнеры

  • Пензаинформ
  • ТВ-Пенза
  • ТРК «Экспресс»
  • «Пензенская правда»
  • Информационное агентство PenzaInform
  • ГТРК-Пенза
  • 11 канал
  • Газета «Наш Город»
  • Аргументы и факты в Пензе

Как помочь?

Вы можете сделать пожертвование на работу программы, в том числе на создание медали и удостоверения.

Вы можете стать волонтером программы, позвоните нам (8412) 260-120, мы обсудим с вами текущие волонтерские задачи.

События программы

В рамках проекта «Дети войны» проходят регулярные встречи под общим названием «История за чашкой чая». Каждую неделю участники клуба собираются в Губернаторском доме, обсуждая интересующие их темы, обмениваются мнениями, воспоминаниями. Для участников организуются концерты, походы в театры и на киносеансы, походы в медучреждения для прохождения диспансеризации.

В рамках проекта осуществляется акция «Тепло в подарок»: все желающие могут связать из пряжи лоскутки размером 25х25 см, из них составляются пледы, которые в последствии дарятся подопечным программы как символ заботы горожан о лишенных детства согражданах.

В 2014 году в рамках проекта состоялся конкурс «Сохраняя прошлое – создаем будущее». Здесь можно прочитать работы школьников, которые постарались передать воспоминания своих бабушек и дедушек — детей войны.  

Дети Войны

Дети Войны

Эхо войны… Эхо. Заглядываю в словарь – «эхо – отражение звука, отголосок». «Голос» Великой Отечественной войны настолько силен и грозен, что его отражение до сих пор звучит в сердцах и душах миллионов наших сограждан. В самом слове «война» слышится этот звук. И звук этот – вой. Вой, который вобрал в себя и плач ребенка, и рыдание матери, и последние слова умирающего солдата, и свист пуль, и залпы орудий, и стон земли, истоптанной вражескими сапогами.

В нашей стране не найти человека, которого бы не коснулась эта великая и страшная война, нет такой семьи, в которой бы не хранилась бережно память о тех далеких и жестоких годах. В истории нашей семьи тоже есть такие страницы.

Я никогда не видела своего прадеда Файзулина Тагира, но пока был жив мой дед Файзулин Гульметдин, я успела услышать о том, как воевал прадед, о том, как жили в деревне в годы войны и в послевоенные годы. Мой прадед прошел всю войну: от Смоленска дошел до Берлина и получил медаль «За взятие Берлина». Писем от него ждать не приходилось: он не умел писать. Но все же два раза за 4 года почтальон постучался и в маленький домик на самом краю села, где жил мой дед с младшей сестрой и матерью. Оба письма были написаны сослуживцами по просьбе прадеда. Первое пришло из Смоленска, последнее получили из Польши, уже к концу войны. Мол, жив, здоров, скоро возьмем Берлин и вернусь домой. Но вернуться из Берлина ему не удалось. Прямо из Германии отправили солдат в Манчжурию, и только после взятия Порт – Артура мой прадед вернулся домой. Конечно, я многого не знаю, да и прадед, говорят, был немногословен. Он был просто солдат, который защищал свою землю.

Прадед воевал, а его семье приходилось выживать в тяжелейших условиях. И самыми страшными годами были не военные, а послевоенные. Война не хотела сдавать своих позиций и пыталась отыграться на самых слабых – на детях. Дети войны. Это их чистые сердца и души опалила война, это им пришлось вынести все тяготы военного и послевоенного времени наравне со взрослыми. Война не умеет отпускать, поэтому наложила свой отпечаток и на жизнь моего деда.

Когда закончилась война, ему было всего 6 лет. Страшный голод. Конец августа 1945 года. Все, кто остался жив, вернулись с фронта, а отца все не было. Похоронки тоже не было, известия о том, что пропал без вести, тоже не было. А значит, была надежда на возвращение. Мать все время была на работе, а мой дед, оставляя пятилетнюю сестру дома, пытался добыть хоть чего-нибудь, что можно было есть. Дальний овраг, где в конце лета еще можно было найти старую крапиву и лебеду, он облюбовал давно. Из крапивы мать сварит щей, а лебеда пойдет на хлеб. Нарвав охапку травы, отправился домой. От голода кружилась голова, сил не было, но до калитки дома он все же дошел. Больше ничего не помнил, очнулся в пустой комнате и не понял, что же с ним произошло. Узнал об этом, только когда вернулся с фронта отец. Мать плакала и рассказывала о том, что в тот день заметила, что сын начал опухать от голода. Потрогала припухшее лицо и достала неприкосновенный запас: кусок хлеба, испеченного из мякины вперемешку с лебедой и велела съесть. Самой надо было бежать на работу. Когда в обед прибежала проведать детей, увидела, что у калитки лежит сын с охапкой травы в руках, а рядом плачет дочь. Опухали от голода в то время многие, но не многие выживали. Мой дед выжил, а потом вместе с отцом косил сено, заготавливал дрова, пас скотину и ходил работать на колхозные поля. Откуда только брались силы.

Трудно даже представить, что испытал мой дед, когда однажды услышал, что в деревню пришли немцы. Немцы! Страшное слово. Зачем они пришли? Ведь война закончилась! Это были пленные немцы, строившие дорогу на Самару. В ближайшие деревни они заходили, чтобы попросить еды. Их, жалких, худых, оборванных, грязных, многие женщины, потерявшие на войне отцов, мужей и сыновей, прогоняли с криком со двора. А они все шли, шли в надежде на доброе женское сердце. Порой они видели сочувственный взгляд и дрожащими руками, опустив глаза, брали протянутую им пареную тыкву или пару вареных картофелин. Женские сердца не ожесточились, не стали черствыми даже после пережитого, потому и жалели этих людей. Ведь еду, которую отдавали немцам, «отрывали» от семьи.

Дети, собираясь гурьбой, бегали посмотреть, как работают немцы. Однажды мой дед прибежал домой и, войдя во двор, увидел странную картину. На крыльце дома сидел его отец, а рядом – немец. Они – 4 года, пытавшиеся уничтожить друг друга – сидели рядом и курили. Курили и молчали. Докурив самокрутку, немец достал из-за пазухи сверток. Бережно развернул его и что-то показал отцу. Немец! Страшный человек! Но детское любопытство берет свое. Мой дед подбирается поближе и заглядывает через плечо отца. С помятого снимка улыбаются дети. Дети, которых этот немецкий солдат никогда не увидит. Он даже не знает, живы ли они. Немец плакал. Плакал как ребенок и вытирал рукавом слёзы! И это человек, который в июне 1941 шел убивать советских людей! Мать с недовольным видом вынесла небольшой узелок, видно, что с едой. Когда немец ушёл, мать ругала отца, а он сказал, что теперь это не солдат, это просто несчастный человек, который будет доживать свой век на чужбине, так и не узнав, что стало с его семьей. Старая помятая фотография детей – все, что у него осталось в жизни. Немец приходил еще несколько раз, но дорога строилась и уходила все дальше и дальше. Немцы навсегда ушли из жизни маленькой деревушки.

Немцы ушли, а эхо войны все так же горестно отзывалось в сердцах людей. Но жизнь продолжалась и надо было её налаживать. Дедушка мой пошел в школу, когда ему было уже 9 лет. Закончил семилетку и решил учиться дальше: ездил на попутках за много километров в среднюю школу, потом жил там в интернате. Школу окончил и захотелось продолжить учебу в институте. Чтобы жить в городе, нужны были деньги, и он пошел работать. Устроился на сахарный завод в соседней области, куда добирался на «крышах» вагонов проходящих поездов, потом пионервожатым в школе родного села.

В тяжелые военные и послевоенные годы мой дед, будучи ребенком, часто мечтал о том, чтобы было много хлеба. Какой же ребенок в те годы об этом не мечтал! Да, вот такой была его мечта, и он о ней не забыл. Для учебы выбрал сельскохозяйственный институт, куда и поступил на агрономический факультет. Отслужив три года в армии и окончив институт, дед пошел работать агрономом. Его мечта исполнилась. Он выращивал хлеб! Выращивал с любовью и отдавал этому делу всего себя. Наверное, потому и был отмечен за свою работу орденом «Знак Почета». В уже далеком для нас 1972 году мои дедушка и бабушка поехали в Москву на ВДНХ, где в огромном светлом павильоне красовался золотистый сноп пшеницы, выращенный руками моего деда.

Дети войны…Это люди, которые вели свою «войну» против чудовищной машины фашизма. Их оружием была удивительная способность переносить жесточайшие испытания. Пережив войну, голод, разруху, потерю близких, они нашли в себе силы вырасти добрыми, скромными, трудолюбивыми. Они рано повзрослели и трудное детство не прошло бесследно. Может быть поэтому сегодняшние трудности они переносят легче, чем мы, современное поколение, привыкшее к комфорту.

Дети и война понятия несовместимые, но эти дети все выдержали, все пережили. Это истинная победа человеческого духа над страхом, горем и бесчеловечностью.

Все дальше в прошлое уходит Великая Отечественная война. Конечно, есть литература, документы, которые отражают самопожертвование и стойкость народа, рассказывают о судьбах народа, неразрывно связанных с судьбой страны. Однако все меньше и меньше остаётся живых очевидцев тех страшных событий, и совсем скоро у нас не будет возможности услышать устный рассказ о пережитом, а значит, мы не сможем почувствовать прикосновения к «живой» истории нашего народа, нашей страны, горький опыт тех лет забудется. Этого нельзя допустить! Надо торопиться, торопиться запечатлеть в памяти все, что еще можно услышать и узнать. Время, уходя, забирает с собой не только живых, но и вещественных свидетелей: выцветают фотографии, рассыпаются полуистлевшие письма и дневники, исчезают семейные архивы. Именно поэтому надо хранить не только историю страны, но и историю семьи. Хранить как драгоценность, как духовную ценность, на которой строится будущее новых поколений.

Победа в Великой Отечественной войне была одержана не только благодаря умелым действиям военачальников, но и мужеству, патриотизму, стойкости и великой силе духа всего народа. В строй встали не только солдаты, но и старики, женщины и даже дети. В тылу, не щадя сил и здоровья, забывая о еде и сне, ковали Великую Победу миллионы людей. Именно тыл был вторым фронтом, открытым еще в 1941 году сверхчеловеческой работой женщин, стариков и детей.

Рассуждая об этом, я спрашиваю себя: а имею ли я право рассуждать об этом? Могу ли давать оценку тому, что происходило в то далекое жестокое время? Ответ приходит сам собой. Я не имею права не рассуждать. Не имею права не знать и не думать об этом. Потому, что должна знать, какой ценой завоевано счастье. Какой ценой завоевано мирное небо над моей головой.

Наше поколение не видело войны, но мы знаем о ней. Но знать мало. Необходимо извлечь уроки из нашей истории, которые могут помочь человечеству объединить усилия для решения глобальных проблем, от решения которых зависит будущее всех стран и народов.

Я горжусь тем, что мой прадед воевал за то, чтобы я сейчас могла жить в мире и получать образование. Горжусь тем, что война не сломала моего деда, а напротив, сделала его сильным духом, упорным, волевым и, вместе с тем, добрым человеком. Память о них я сохраню навсегда в своем сердце.

Ганидинова Алсу 

ГМУ, 111 группа,  2019 г.

Урал56.Ру. Новости Орска, Оренбурга и Оренбургской области.

В Оренбургской области в преддверии Дня Победы учредят региональную медаль «Дети войны». Такое решение было принято на встречи губернатора Дениса Паслера с депутатами фракции «Единая Россия» в Законодательном Собрании области.

С такой просьбой первоначально к депутатам обратился Центр обращений граждан «Дети войны». А они, в свою очередь, вышли с инициативой на главу региона. 

В итоге предложение было одобрено. Напомним, что к «детям войны» относятся люди, рожденные в период с 3 сентября 1927 года по 3 сентября 1945 года. Таких жителей Оренбургской области более 90 тысяч человек. 


Мы считаем, что «дети войны» заслуживают максимального уважения и поддержки со стороны государства и общества. Поэтому депутаты от нашей партии обращаются к Вам с предложением установить в Оренбургской области новый региональный наградной знак для данной категории оренбуржцев. Это позволит выразить заслуженное уважение по отношению к людям, чьим трудом приближалась Победа и восстанавливалось народное хозяйство нашей области после войны.


Олег Димов


Секретарь регионального отделения партии «Единая Россия»

Губернатор Денис Паслер поддержал инициативу. По его мнению, эти люди взяли на себя огромную ответственность за судьбу страны, работали наравне со взрослыми, вместо своих отцов и братьев, не вернувшихся с фронта. Поэтому региональная медаль станет еще одним символом уважения к ним и благодарности.


Предложение, безусловно, правильное, и должно быть реализовано в кратчайшие сроки. Эти люди взяли на себя огромную ответственность за судьбу своей страны, встали к станкам вместо своих отцов и братьев, не вернувшихся с фронта, работали наравне со взрослыми. Тем более, что в прошлом году из-за пандемии нам не удалось отметить 75-летие Великой Победы так, как мы планировали. В этом году нужно восполнить этот пробел и поблагодарить всех, кто ковал Победу. Пусть региональная медаль «Дети войны» станет еще одним символом нашего уважения и благодарности. Прошу депутатов фракции взять на контроль награждение «детей войны» в своих округах и на территориях. Важно проследить, чтобы каждый оренбуржец, имеющий право на эту награду, получил ее в срок до 3 сентября – официального Дня окончания Второй мировой войны.


Денис Паслер


Губернатор Оренбургской области

Дети на войне

Дети на войне

[Содержание] — [Следующая страница] — [Предыдущая страница]


Создание Организации Объединенных Наций после Второй мировой войны породило надежды на наступление новой эры мира. Это было чересчур оптимистично. С 1945 по 1992 год произошло 149 крупных войн, в которых погибло более 23 миллионов человек. В среднем за год количество смертей на войне в этот период более чем вдвое превышало количество смертей в 19 веке и в семь раз больше, чем в 18 веке. 3

Война и политические потрясения раздирали целые страны — от Боснии и Герцеговины до Камбоджи и Руанды.И этот вихрь насилия засасывает все большее количество детей. Целые поколения выросли среди жестоких вооруженных конфликтов. В конце 1995 года конфликты продолжались в Анголе более 30 лет, в Афганистане — 17 лет, в Шри-Ланке — 11 лет и в Сомали — 7 лет.


Фото: Одно из прав детей — быть защищенным от призыва в армию, но дети участвовали в ряде недавних конфликтов. Молодые солдаты из Мьянмы учатся.©


Дети, конечно, всегда были вовлечены в войну. У них обычно нет выбора, кроме как испытать, как минимум, те же ужасы, что и их родители — в качестве жертв или даже участников боевых действий. И дети всегда были особенно уязвимы. Когда запасы продовольствия заканчиваются, больше всего страдают дети, поскольку их растущий организм нуждается в постоянных запасах основных питательных веществ. Когда источники воды заражены, именно дети оказываются наименее устойчивыми к опасностям болезней.А травма, связанная с насилием и зверской смертью, эмоционально повлияла на поколения молодых людей на всю оставшуюся жизнь (панель 1).

Последние события в области ведения войны значительно повысили опасность для детей. По оценкам (и эти цифры, хотя и конкретные, но обязательно на порядки величины), за последнее десятилетие дети-жертвы включали:

  • 2 миллиона убитых;
  • 4-5 миллионов инвалидов;
  • 12 миллионов остались без крова;
  • более 1 миллиона осиротевших или разлученных со своими родителями;
  • около 10 миллионов психологически травмированы. 4

Рост числа жертв среди детей в первую очередь объясняется более высокой долей погибших среди гражданского населения в ходе недавних конфликтов. В войнах 18, 19 и начала 20 веков только около половины жертв составили гражданские лица.

В последние десятилетия этого века доля жертв среди гражданского населения неуклонно росла: во время Второй мировой войны она составляла две трети, а к концу 80-х годов — почти 90 процентов. 5

Отчасти это связано с технологией.Воздушная бомбардировка расширила потенциальную зону боевых действий на целые национальные территории. Вторая мировая война привела к резкому увеличению неизбирательных убийств, например, с бомбардировками Ковентри и Дрездена и атомными бомбами, сброшенными на Хиросиму и Нагасаки. И эта модель повторилась во время войны во Вьетнаме, которая, по оценкам, унесла жизни 2,5 миллиона человек.

Еще одна причина увеличения числа погибших среди гражданского населения заключается в том, что большинство современных конфликтов происходят не между государствами, а внутри них. Это не стандартные сражения между противоборствующими армиями, а гораздо более сложные дела — борьба между военными и гражданским населением или между противоборствующими группами вооруженных гражданских лиц. С ними так же вероятно, как и где-либо еще, в деревнях и пригородных улицах. В этом случае вражеский лагерь повсюду, и различия между комбатантом и некомбатантом тают в подозрениях и замешательстве повседневной борьбы. В 1994 году Департамент ООН по гуманитарным вопросам сообщил, что в 13 странах продолжаются «сложные чрезвычайные ситуации» этого типа, и он классифицировал более 20 миллионов человек как «уязвимые»; он также перечислил еще 16 стран с потенциальными чрезвычайными ситуациями. 6

Семьи и дети не просто попадают под перекрестный огонь, они также могут стать конкретными целями. Это связано с тем, что многие современные столкновения ведутся между разными этническими группами в одной стране или в бывших штатах. Когда преобладает этническая лояльность, срабатывает опасная логика. Эскалация от этнического превосходства к этнической чистке и геноциду, как мы видели, может стать непреодолимым процессом. Тогда недостаточно убить взрослых; будущие поколения врагов — их дети — также должны быть уничтожены.Как выразился один политический обозреватель в радиопередаче 1994 года до того, как в Руанде вспыхнуло насилие: «Чтобы убить больших крыс, нужно убить маленьких крыс». 7

В этих обстоятельствах классификация таких процессов как «сложные чрезвычайные ситуации» является неполной. Сказать, что они сложные, достаточно верно, но это касается большинства форм человеческой деятельности. Это также скрывает тот факт, что это по сути политические споры. Даже сказать, что это «чрезвычайные ситуации» — оптимистично, предполагая, что они скоро закончатся.Скорее, это хронические формы социальных конфликтов, чьи насильственные последствия в виде «тотальной войны» могут ощущаться на годы или десятилетия вперед.


[Следующая страница] — [В начало страницы] — [Предыдущая страница]

Война и дети | Архив детских болезней

«Никаких искусств; без букв; нет общества; и что хуже всего, постоянный страх и опасность насильственной смерти; и жизнь человека, одинокого, бедного, мерзкого, жестокого и короткого ».

Томас Гоббс (1651)

Стремясь защитить их от «постоянного страха» и «мерзкой, грубой и короткой» жизни, дети во всем мире были признаны имеющими некоторые основные права.Их цель заключалась в том, чтобы предоставить каждому ребенку защитную основу, которая позволила бы ему развиваться физически, психологически и эмоционально. Конвенция Организации Объединенных Наций (ООН) о правах ребенка четко об этом говорит: «… Признавая, что ребенок для полного и гармоничного развития его или ее личности должен расти в семейной среде, в атмосфере счастья, любви и понимания »1. Нигде не говорится, что война обеспечивает это.

Хотя инстинктивно мы можем чувствовать, что война вредна для детей, какие доказательства этому есть? К сожалению, количество имеющихся доказательств неопровержимо.Широта и глубина этих свидетельств свидетельствует об ужасных последствиях войны для детей, которые повторяются во многих различных конфликтах. Это также является упреком для тех из нас, кто осознал последствия и ничего не сделал с причинами и последствиями.

Последствия войны — садистский каталог злоупотреблений

Три с половиной века спустя жизнь многих детей все еще остается такой, как ее описывал Гоббс. За последние 10 лет в зонах боевых действий погибло до двух миллионов детей2; часто болезненно, без медицинской помощи, а иногда и в одиночку.Еще четыре миллиона стали инвалидами. Они служат постоянным напоминанием своим родителям об ужасах, через которые прошла семья, если у них все еще есть родители. Один миллион детей остались сиротами. Это может быть самая большая потеря из возможных, но не самое большое количество проигравших. Двенадцать миллионов детей лишились безопасности своих домов, и одна треть из них провела время в ограниченных и оскорбительных условиях лагеря для беженцев или внутренне перемещенных лиц.Некоторые были заключены в концентрационные лагеря.

Вторичные эффекты

Однако такие числа не отражают всей картины. Смерть и страдания в результате боевых действий по-прежнему затрагивают наиболее уязвимых, обычно детей в возрасте до 5 лет. Недоедание после преднамеренного уничтожения посевов или более изощренное лишение плодородных земель путем неизбирательной установки противопехотных мин больше всего сказывается на семьях с маленькими детьми.Нераспознанные и невылеченные болезни, а также очевидные последствия разрушенных или обедневших систем здравоохранения могут иметь последствия, на которые потребуются годы, чтобы обратить вспять. Нарушение ранее действовавших национальных программ иммунизации подвергает целые группы детей риску эпидемий, которые должны были быть исключены из истории болезни. В крае Косово в Союзной Республике Югославии (Сербия) недавно произошла эпидемия полиомиелита (Д. П. Саутхолл, личное наблюдение).

Международный ответ — не всегда выгодно

Реакция международного сообщества, направленная на то, чтобы наказать агрессора или «сдержать конфликт», иногда может иметь самые неблагоприятные последствия для ни в чем не повинных семей, которые оказались в ловушке политической системы, а не их замысла, который они не могут изменить и который они не поддерживают. После введения международных санкций против Ирака были зарегистрированы различные формы «сопутствующего ущерба», 3 из которых увеличились в четыре раза случаи тяжелого недоедания у детей в возрасте до 5 лет за четырехлетний период после введения санкций4. Дети в Сербии несомненно, пострадали от «тройного бремени» войны, потери торговли между республиками бывшей Югославии и санкций ООН5.
6 Всякий раз, когда международное сообщество вмешивается в войну, последствия для детей, семей и общества нельзя рассматривать беспристрастно или исключать их из более широкого морального контекста.В этом отношении все дети — как указано в Конвенции ООН о правах ребенка — одинаково важны, независимо от их цвета кожи, расы или этнического происхождения и где бы они ни жили в конкретное время.

Дети-солдаты

Возраст, в котором дети могут быть законно вербованы в армию, варьируется от страны к стране. В конкретных статьях международного гуманитарного права говорится, что лиц моложе 18 лет следует уважать как детей 1, но то же самое гуманитарное право не обеспечивает защиты от военной службы детям, достигшим 15-летнего возраста. Попытки исправить эту несправедливость потерпели неудачу из-за отсутствия поддержки со стороны некоторых наиболее известных спонсоров ООН (таблица 1). Хотя в Великобритании нет призыва или национальной службы, активная вербовка 17-летних мальчиков в армию7 может посылать неверные сигналы другим странам. И без того жестокая ситуация еще больше усугубляется в тех странах, где действует недобросовестный режим при отсутствии надлежащей регистрации рождений. Это допускает возможность призыва на военную службу детей в возрасте до 15 лет.

Таблица 1

Страны-экспортеры оружия

Принудительный призыв мальчиков и девочек дает богатый урожай послушных, но незаменимых комбатантов. Они идеально подходят для этой цели, потому что они не требуют особой подготовки, чтобы иметь возможность разбирать или разряжать вездесущий легкий автомат (полностью заряженный АКМ Калашникова весит всего 3,1 кг) 8. Дети-солдаты дешевы в обслуживании, что избавляет от необходимости тех, кто находится у власти. для финансирования или иной поддержки таких услуг, как образование.В затяжных конфликтах военный императив означает, что по мере того, как запасы взрослых истощаются, на службу вынуждены все больше молодых когорт детей. Уже не является чем-то необычным, что дети в возрасте от 10 лет носят оружие. По оценкам, в Афганистане после более чем 17 лет войны до 45% солдат моложе 18 лет.9 Наркотики, алкоголь и насилие, физическое и психологическое, использовались военными организациями в жестоких церемониях приведения в должность. где детей могут заставить убивать других, в том числе членов своей семьи.9

Пытки

Детей задерживали и пытали в военных целях. Пытки детей могут использоваться как часть коллективного наказания сообщества, как средство получения информации от ребенка, его сверстников или родителей или как развлечение. Утверждения о жестоком обращении с детьми в возрасте 12 лет, включая одиночное заключение голыми и с завязанными глазами, избиения, удары током и обливание холодной водой, были задокументированы Amnesty International и подтверждены медицинскими доказательствами. 10

Гендерное насилие

Подобным насилием подвергаются не только мальчики. Было много сообщений о случаях, когда девочек-подростков призывали в армию, чтобы заботиться о войсках не только для приготовления пищи и уборки. Изнасилование как военное преступление распространяется не только на взрослых женщин11. Оно использовалось как тактическое оружие войны для унижения и ослабления морального духа, вынуждая терроризированных гражданских лиц бежать. Это также практиковалось с целью этнической чистки путем преднамеренного оплодотворения, как описано в Боснии и Герцеговине и в Хорватии.12 Риск для девочек-подростков, повышенный из-за их размера и уязвимости, еще выше в тех районах, где заболевания, передаваемые половым путем (включая СПИД), носят эндемический характер, поскольку считается, что они с меньшей вероятностью могут быть инфицированы. Изнасилование также затрагивает тех детей, которые были свидетелями изнасилования своей матери или другого члена семьи или подверглись остракизму из-за него12.
13

Дети становятся жертвами этих злоупотреблений, поскольку защитные функции семьи и общества подрываются войной. Их легче найти, если они остались сиротами или разлучены со своими опекунами.Некоторые из них будут проданы в армию — единственный товар, который может иметь бедная, необразованная и напуганная семья. Родители могли быть убеждены, что обучение и вооружение их детей обеспечат детям большую стабильность и защиту в нестабильном мире. По этой же причине дети могли «участвовать в волонтерской деятельности», полагая, что они каким-то образом смогут защитить свою семью. Это никогда не было свободным выбором. Подростки, утратившие все остальное, развивают чувство идентичности, могут «объединиться», чтобы защитить себя от социального хаоса.Они могут чувствовать, что принадлежность к организации придаст их жизни некую структуру или цель, особенно если свобода от угнетения является предполагаемой целью.

Десенсибилизация, которая должна сопровождать повторяющееся воздействие насильственных и травмирующих событий, может повысить вероятность того, что ребенок будет участвовать в насильственных и антиобщественных действиях еще долгое время после завершения конфликта, что затрудняет реинтеграцию, таким образом увековечивая цикл жестокости. Трудно представить себе 16-летнего подростка, который ушел из дома, будучи ребенком в возрасте 12 лет, способным адаптироваться к жизни в семье и обществе, где от него ожидается, что он сложит оружие и вернется в школу со сверстниками в атмосфере, где разочарование бедностью и несправедливостью остается, и его вновь обретенная напористость и независимость не могут быть оценены так высоко.14 Одним из результатов того, что воюющие стороны не признали публично, что они вербовали детей-солдат, является то, что не учитываются их очень разные потребности в процессе демобилизации после окончания войны. Для успешной реинтеграции требуется поддержка сообщества и семьи, школы и сверстников, которые могли быть нарушены до неузнаваемости.

Психологические последствия войны

Психологические последствия войны для детей ужасны, и их чрезвычайно трудно задокументировать.Они касаются гораздо большего числа детей, чем страдают от физических травм, и вероятность их эффективного лечения снижается. Взросление в обществе, нормы и ценности которого были извращены войной, неизбежно будет иметь глубокие последствия, выраженные во многих различных смыслах. Раньше нам не удавалось распознать эти эффекты. Считалось, что дети хуже понимают такие события, как война, и считалось, что они обладают большей способностью психологически адаптироваться к стрессам войны. Поэтому было предложено, чтобы последующие поведенческие нарушения были менее серьезными.15

Психологические последствия войны зависят от возраста, пола, личности и предыдущего опыта ребенка, а также от культуры ребенка. Характер событий и степень воздействия на ребенка также важны16. Последствия дополнительно модифицируются другими последствиями войны, такими как телесные повреждения, потеря членов семьи и потеря семейного дома и поддержки сообщества. У детей действительно проявляются признаки посттравматического стрессового расстройства 17 с повторяющимися, навязчивыми и тревожными воспоминаниями о тревожных мыслях и чувственных образах.Они могут повторно переживать события через другое поведение, такое как сны, рассказывание историй или игра.18 Депрессия и тревожное расстройство — обычное явление.13
19
20

Отношения и ценности могут искажаться в моральном вакууме, созданном войной. У детей, подвергшихся страху перед обстрелом поблизости, наблюдается рост агрессивных настроений, выражающийся в усилении патриотических чувств. Было также установлено, что такие дети придают большее значение проявлению храбрости со стороны сверстников21. Такие демонстрации сами по себе могут быть саморазрушительными, например, игра со снайперами, насмешка над ними в одном из «переулков снайперов» в Сараево ( MCB Plunkett, личное наблюдение).Таким образом, от игры в военные игры до участия в реальных событиях всего один шаг.

Возможность играть активную роль в том, что рассматривается как борьба сообщества и, таким образом, иметь некоторый контроль над своей реакцией на стрессы войны, может быть защитной с точки зрения психологического исхода для некоторых детей22. ситуация вооруженного конфликта, хотя они, возможно, были вынуждены вырасти и принять взрослую роль, они остаются эмоционально незрелыми.Наивное доверие ребенка в таких обстоятельствах слишком часто обманывается теми, кто определяет темп войны. Если участие находится на уровне ребенка-солдата, это будет еще больше психологически обременить подростка в долгосрочной перспективе.

Меняющееся лицо войны

Современное поле битвы было названо пустым, 23 ссылаясь на «высокотехнологичную» манеру ведения войны с небольшим упором на «рукопашный бой». К сожалению, это не дает полной картины.Войны больше не ведутся на поле битвы, или, вернее, топография и определение поля битвы изменились. Это уже не то место, где солдаты загружают боеприпасы в большие артиллерийские орудия, а скорее города, населенные мирными жителями, с игровыми площадками, полными детей, и рынками, полными матерей. Остается одно сходство: это все еще место, куда падают артиллерийские снаряды. Именно такие изменения ответственны за изменение облика показателей смертности на войне.Жертвы среди гражданского населения составили 5–19% от общего числа жертв в Первой мировой войне; сейчас подсчитано, что они могут составлять до 90% смертельных случаев в некоторых войнах, особенно тех, которые происходят в пределах одного государства (таблица 2).

Таблица 2

Страны в конфликте 2-150

Предотвращение трагедии

При рассмотрении вопроса о вмешательстве в «иностранную войну» те, кто находится в благополучных странах, обычно попадают в удобную ловушку, обвиняя политиков в том, что они допустили развитие ситуации, и возлагают на них ответственность за гибель комбатантов на поле боя.Мы должны исследовать нашу совесть, когда мы рассматриваем смерть младенцев и детей, будь то непосредственно в результате зоны битвы, которая посетила класс, игровую площадку или рынок, или косвенно в результате лишения войны. Хорошо известные случаи зверств в национальном масштабе (равносильные геноциду) не возникают в одночасье. Есть предупреждающие признаки, такие как дискриминация, усиление репрессий и политически или этнически спонсируемое насилие, которые часто сосуществуют с крайней бедностью (по крайней мере, для большинства!).Обеспокоенность, которую должна вызывать такая нарастающая волна национализма, могла бы быть лучше сфокусирована, если бы были приняты во внимание некоторые культурные предпосылки, признанные Штаубом24. К ним относятся экспансионистские и националистические тенденции, культурные или исторические представления о превосходстве и право на власть. в присутствии жесткого классового общества, которое не терпит непослушания.

К таким опасениям следует прислушиваться и действовать. Их не следует игнорировать политическими соображениями.Задержки по этому счету следует квалифицировать как соучастие. Наблюдение необходимо, чтобы фиксировать развитие и масштабы злодеяний, а также определять ответственность. Своевременный сбор необходимых доказательств для предъявления обвинения военным преступникам может иметь некоторую профилактическую ценность, поскольку более эффективно функционирующая международно-правовая база может отпугнуть потенциальных деспотов25.

Мировые события предоставили нам широкую возможность за последние 20 или более лет собрать достаточно информации о последствиях войны для детей, от психологических до физических, от военных травм до недоедания и эпидемий болезней.Пришло время обсудить место защиты и прямого вмешательства в защиту детей, пострадавших от войны. Мы должны отойти от позиции описания естественной истории «болезненного процесса» и, все еще пытаясь лечить его последствия, начать эффективные профилактические программы.

Стратегии защиты детей от последствий войны

ИСПОЛЬЗОВАНИЕ КОНВЕНЦИИ ООН О ПРАВАХ РЕБЕНКА

Нить, проходящая через Конвенцию ООН о правах ребенка, состоит из трех нитей.Их можно найти во многих отдельных статьях, составляющих единое целое, и вместе, если они будут признаны и разумно применены, они могут эффективно обеспечить защиту и безопасное развитие ребенка.

• При обеспечении детей следует применять правило «наилучшие интересы» . Лица, ответственные за определение политики, затрагивающей детей, должны обеспечить учет наилучших интересов детей. Отдельный ребенок не менее важен в глазах этого закона.Те, кто несет ответственность за отдельного ребенка, несут четкую обязанность следить за тем, чтобы их интересы не были подчинены «благу большинства».

Участие в принятии решений детьми определенного возраста и их способность делать это увеличивают вероятность того, что решение будет уместным и в меньшей степени нарушит их права. Давно признано, что подростки способны делать осознанный и надлежащий выбор.

Недискриминация должна быть правилом при применении любой политики к отдельному человеку или группе детей.Большинство злоупотреблений происходит из-за неспособности принять эту самоочевидную концепцию.

Конвенция ООН о правах ребенка, ратифицированная (и, следовательно, имеющая обязательную юридическую силу) во всех странах мира, кроме трех (США, Сомали и Острова Кука), должна рассматриваться как эффективный инструмент в обеспечении прав детей. США рассматриваются как главный двигатель в определении, руководстве и обеспечении соблюдения политики во многих географических и политических сферах мира. Сомали — это страна, дети которой пережили бедность и войну, о которых только намекает показатель смертности детей в возрасте до 5 лет, который занимает 10-е место в списке ЮНИСЕФ за 1997 год.26 год

РОЛЬ ПЕДИАТРОВ

Ожидание эффективного руководства не должно мешать человеку играть свою роль в защите прав детей. Педиатры находятся в привилегированном положении. Они уже имеют репутацию тех, кто прислушивается к мнению детей и обеспечивает защиту интересов ребенка независимо от цвета кожи или вероисповедания. Их статус в обществе и обществе дает им платформу для осуждения жестокого воздействия войн на детей. Их знание последствий таких злоупотреблений придает их голосу авторитет.В идеале такую ​​власть можно было бы использовать для информирования и формирования международного общественного мнения и для оказания соответствующей реакции. Эффект может быть только положительным. Хотя проблема огромна, настоящая трудность заключается в преодолении преобладающего мнения о том, что отдельные голоса не могут влиять на изменения. Нас должны воодушевить слова Роберта Ф. Кеннеди. . «Пусть никого не обескураживает вера в то, что один мужчина или одна женщина ничего не могут сделать против огромного множества мировых болезней против нищеты и невежества, несправедливости и насилия.. Каждый раз, когда он отстаивает идеал, или действует, чтобы улучшить судьбу других, или борется с несправедливостью, он посылает крошечную рябь надежды, пересекая друг друга из миллиона различных центров энергии и дерзко, эта рябь строит течение, которое может смести самые могущественные стены угнетения и сопротивления ».

ОТВЕТ МЕЖДУНАРОДНОГО СООБЩЕСТВА

Если войну невозможно остановить, усилия по минимизации ее последствий для детей могут включать:

• Получение согласия на исключение гражданских лиц и населенных пунктов от прямого нападения

• Вывоз мирных жителей из зон конфликта

• Эффективное применение концепции «безопасных зон».

Джентльменское соглашение трудно получить, когда все джентльмены убиты или вынуждены бежать. Истинная цель нападения на гражданские убежища очевидна. Часто основанная на этнических различиях атмосфера недоверия, страха, зависти и желания мести легко создается деструктивными националистическими приемами, в которых разум заменяется основным и жестоким инстинктом выживания. Тогда искоренение «генофонда» врага рассматривается как оправданная военная цель.

Перемещение людей из домов перед лицом наступающей армии иногда может быть единственным способом спасти жизни. Более того, слишком часто это образ действий тех, кто находится в такой опасности. Однако это также можно рассматривать как выполнение работы армии за них. Конечным результатом может быть то же самое — форма этнической чистки по доверенности. В конечном итоге из выживших превращаются в беженцев, что увеличивает их зависимость от систем экстренной помощи, которые плохо подготовлены к тому, чтобы справиться с этим. Наилучший подход должен заключаться в том, чтобы поддержать детей и их семьи, защищая их в своих домах и общинах.

ЭФФЕКТИВНЫЕ БЕЗОПАСНЫЕ ЗОНА

В соответствии с международным мандатом зона защиты или « безопасная зона » могла бы обеспечить поддержку и безопасность, которые дети и некомбатанты имеют в качестве своего права27. Они, по необходимости, будут сосредоточены в населенных центрах, будь то города или лагеря для беженцев или внутренне перемещенные лица. За исключением сил защиты международного сообщества, они должны быть лишены каких-либо возможностей, которые можно было бы разумно истолковать как военные. Все люди, живущие в них, должны быть разоружены.Безопасные коридоры позволят при необходимости пополнить запасы и получить специализированную медицинскую или материально-техническую поддержку. Быстро развернутые и обеспеченные адекватными ресурсами, активные силы военной защиты смогут предотвратить злодеяния, совершаемые в отношении детей в тех масштабах, которые мы наблюдали в недавних конфликтах. Военная помощь, предоставляемая иностранными правительствами, но не контролируемая ими, имела бы простой мандат и полную защиту своих подопечных. Такая помощь должна предоставляться совместно с глобальным трибуналом по военным преступлениям, уполномоченным действовать в начале, а не в конце конфликта.

Было бы еще одной несправедливостью по отношению к детям предполагать, что это уже безуспешно. Провал подобных попыток в недавнем прошлом во многом был обусловлен тем, что временами казалось половинчатым обязательством со стороны защищающих стран перед лицом решительного нападения. Сребреница на востоке Боснии является печальным примером того, как плохо подготовленные «силы защиты» могут увеличить риск того, что люди, находящиеся под «защитой ООН», могут оказаться подверженными трагическим последствиям.28 В то время как остальной мир успокаивался информацией о том, что силы ООН по охране контролировали ситуацию, акт геноцида (который, к сожалению, имел много прецедентов в каждой из общин в истории этого конфликта), продолжался. .

Успешное управление эффективной стратегией защиты требует твердой политической решимости, подкрепленной осознанием того, что это было правильным поступком. Это также требует совместных усилий гуманитарных и военных агентств, среди которых почти наверняка имеется необходимый опыт.

Основы передовой гуманитарной практики

Принципы надлежащей практики, используемые в процедурах защиты детей, которые составляют основу клинической педиатрии, могут служить руководством для вмешательства в таких обстоятельствах.

Вмешательство должно быть соответствующим потребностям и обстоятельствам ребенка и семьи. Примером этого являются методы, разработанные для борьбы с проявлениями посттравматического стрессового расстройства и другими психологическими последствиями войны.27
29

Доступность может быть обеспечена путем размещения ресурсов (будь то персонал или материалы) в пределах целевого сообщества. Это становится более важным в районах, где межэтнические конфликты или другие факторы, такие как противопехотные мины, ограничивают передвижение.

Законность любого вмешательства должна быть подтверждена, особенно при работе с лицами, уязвимость которых проистекает из того факта, что они были лишены всех основных прав и всех средств их отстаивания.Составлены четкие инструкции30
31; многие из них были воплощены в ратифицированной на международном уровне конвенции1.

Дети заслуживают грамотного ухода . Те, кто работает с детьми в благополучных странах, находятся под надзором профессиональных организаций. Детям в более сложных обстоятельствах нужна такая же, если не большая защита от благих намерений некомпетентных. Кодекс поведения помогает32, равно как и признание ООН неправительственных организаций, имеющих подтвержденный послужной список.Могут потребоваться санкции, чтобы отговорить «некомпетентных операторов».

Любая служба, направленная на детей, должна обеспечивать защиту ребенка. Недостаточно того, что конечным результатом вмешательства является улучшение судьбы детей. Примером из клинической практики может быть выполнение инвазивной процедуры у ребенка без адекватного объяснения, обезболивания или седации. Столь же предосудительным является «контрабанда» через международную границу несопровождаемого ребенка без учета семьи ребенка и сохранения личности ребенка.33 В благополучных странах существует законодательство, защищающее детей от взрослых, совершивших определенные преступления против детей. Дети, оказавшиеся в условиях гуманитарного кризиса, заслуживают такой же защиты. Следует установить процесс отбора всех, кто будет работать с такими детьми.

Вмешательство должно быть совместное . В стабильных и благополучных странах участие родителей, родственников и общины считается важным в решении проблем детей.Эти силы имеют гораздо большее значение в конфликтных ситуациях, когда ребенок, дезориентированный событиями, нуждается в безопасности, которую могут обеспечить только знакомые.

Межведомственная Координация должна сократить потери и дублирование.

Эта работа требует эффективной проверки . Эффективность и результативность должны быть предметом открытого обсуждения, а не внутреннего потребления. Прозрачность, возможно, является самым заметным отсутствием в списке характеристик подавляющего большинства агентств по оказанию помощи.Шансы на то, что программа помощи будет финансироваться на реалистичном уровне, обратно пропорциональны восприятию расточительности или мошенничества.

Продажа оружия и права детей — несовместимые концепции

События показывают, что концепция прав детей — это не идея, которая будоражит умы тех, кто в неблагополучных странах провозглашает войну. Подавляющее большинство оружия, продаваемого таким режимам, поступает от спонсируемых государством компаний в странах, подписавших и ратифицировавших Конвенцию ООН о правах ребенка.34 Такие страны (включая всех постоянных членов Совета Безопасности ООН — см. Таблицу 1) могут отрицать свою причастность, но в создании финансовой или политической среды, в которой торговцы оружием могут продавать свои товары, они должны считаться ответственными35. компания, зарегистрированная на острове Мэн в качестве крупного поставщика оружия одной из враждующих группировок в Руанде36.
37 должно касаться сменяющих друг друга британских правительств, стремящихся принять закон, запрещающий огнестрельное оружие и ножи в их собственной юрисдикции.Невозможно не задаться вопросом, как Великобритания, как страна, подписавшая Конвенцию ООН о правах ребенка и один из крупнейших мировых экспортеров оружия после США, примиряет эту непоследовательную и морально неприемлемую позицию. К сожалению, это неадекватно уравновешивается 14-м (из 21), которое Великобритания занимала в 1995 г. в списке доноров зарубежной помощи в целях развития (в процентах от валового национального продукта) развивающимся и неблагополучным странам38. может быть хорошей возможностью для всех, кто участвует в таких сделках по оружию, прочитать преамбулу конвенции ООН и честно спросить себя, представляет ли предлагаемая сделка по оружию хороший способ »…. признание важности международного сотрудничества для улучшения условий жизни детей в каждой стране, в частности в развивающихся странах … ‘или’ … учитывая, что ребенок должен быть полностью готов к индивидуальной жизни в обществе и воспитанные в духе идеалов, провозглашенных в Уставе Организации Объединенных Наций, и, в частности, в духе мира, достоинства, терпимости, свободы, равенства и солидарности … ».

Разговор с детьми о войне

Дети, родившиеся с 2001 года, никогда не знали страны, в которой не участвовали бы войны.К счастью, большинство детей далеки от насилия, но это не значит, что родители не должны говорить с детьми о конфликте.

Дети, вероятно, узнают о войне в какой-то момент из средств массовой информации. А террористические акты могут происходить намного ближе к дому, что может усложнить обсуждение с детьми.

Как вы объясните взрыв, в результате которого погибли невинные люди? Или как вы отвечаете на вопросы о том, может ли повториться еще одно нападение 11 сентября? Несмотря на то, что такие разговоры могут быть трудными, важно давать детям соответствующую возрасту информацию о войне.

Терроризм и война пугают даже взрослых. Для ребенка, который не понимает фактов или не понимает, где на самом деле происходит война, это ужасно. Даже если вы пытаетесь защитить своего малыша от просмотра изображений войны, будь то по телевизору или где-то еще, вы должны поддерживать связь.

Заведите разговор с ребенком

В то время как некоторые семьи явно жертвуют, когда родитель или другой член семьи служит в армии, невоенные семьи могут быть менее склонны говорить с детьми о войне.Но то, что ваша семья прямо сейчас не затронута войной, не означает, что вы не должны поднимать эту тему.

Разговор о том, почему одни люди намеренно причиняют вред другим и как это может привести к войне, — сложная тема. И многих детей это может пугать и расстраивать. В конце концов, многие концепции, скорее всего, резко контрастируют с сообщениями, которые вы пытались научить своего ребенка о доброте, уважении и сострадании.

Начиная с возраста 4-5 лет, важно быть открытым для обсуждения фактов, связанных с войной, если ваш ребенок ее поднимает.Однако делайте это в соответствии с их возрастом.

Например, вы можете сказать своему детскому саду: «Некоторые люди в другой стране не согласны с тем, что для них важно, и иногда, когда это случается, начинается война. Война не происходит рядом с нами, и нам ничего не угрожает ».

Ваша задача как родителей — заверить их в своей безопасности, поскольку жизненно важно, чтобы ребенок чувствовал себя в безопасности. Начало простого разговора также может стать возможностью исправить любое недопонимание, которое может возникнуть у вашего ребенка.

Если ваша малышка не заинтересована в разговорах о войне, то не стоит торопиться — она, возможно, еще не беспокоится об этом, а маленьких детей не следует заставлять осознавать это.

Узнайте, что ваш ребенок подслушивает

Чтобы получить представление о том, что ваш ребенок уже знает, задавайте такие вопросы, как: «Говорит ли кто-нибудь из ваших учителей об этом в школе?» или «Кто-нибудь из ваших друзей когда-нибудь говорил об этом?»

Ваш ребенок, возможно, слышал обрывки информации, и он, возможно, изо всех сил пытается разобраться в вещах.Или он, возможно, видел освещение в СМИ, о котором вы не знали, что он смотрит.

Изучение того, что ваш ребенок уже знает, может стать хорошей отправной точкой для вашего разговора. Будьте хорошим слушателем и покажите своему ребенку, что вы заинтересованы в том, чтобы слышать то, что он думает.

Объясните цель войны

Ваш ребенок, вероятно, захочет узнать, почему мы на войне. Объяснение должно быть простым, сказав что-то вроде: «Война предназначена для предотвращения новых плохих вещей в будущем.”

Вы также можете поговорить о том, что война предназначена для защиты определенных групп населения. Дайте понять, что насилие — не лучший способ разрешить конфликт, но иногда страны решают, что им нужно начать войну, чтобы люди были в большей безопасности в будущем.

Удерживайся, когда это необходимо

Обычно родители должны быть честными со своими детьми. Однако это не значит, что вам нужно заваливать ребенка ненужной информацией.

Обсуждение должно соответствовать возрасту и проявлять осторожность. Меньше всего вам нужно, чтобы ваш ребенок вышел из разговора с еще большим страхом перед войной.Не преуменьшайте серьезность войны, но помните, что вашему ребенку не нужно знать все кровавые подробности того, что происходит.

Придерживайтесь фактов, не говоря слишком много о масштабах воздействия. И не предсказывайте, что может случиться дальше, и не говорите о том, какие ужасные вещи будут происходить в будущем.

Избегайте вредных стереотипов

Если говорить об определенной группе людей или определенной стране, у вашего ребенка могут развиться предубеждения.Так что будьте осторожны с утверждениями, которые вы используете, когда говорите о войне и терроризме. Сосредоточьтесь на терпимости, а не на мести.

Если вы собираетесь поделиться своим мнением, расскажите, как вы относитесь к войне в целом. Есть вероятность, что вы не согласны с целью войны или военного вмешательства. Вы можете поделиться этим со своими детьми, особенно если вы чувствуете, что обоснование ваших убеждений является частью ценностей вашей семьи.

Однако, как только ваш ребенок дойдет до подросткового и подросткового возраста, он может начать делиться своим мнением о войне — и вы никогда не знаете, совпадут ли они с вашими идеями.

Постарайтесь уважать взгляды своего ребенка, даже если вы категорически не согласны с ним, и воздержитесь от споров по этому поводу или выражения своих взглядов в гневной манере.

Смотрите освещение в СМИ вместе с детьми старшего возраста и подростками

Важно ограничить освещение в СМИ детей младшего возраста. Просмотр огорчительных сцен, воспроизводимых в новостях, таких как террористический акт, может быть весьма травматичным для детей дошкольного и младшего школьного возраста.

Отключайте освещение в СМИ, когда ваш ребенок находится рядом.Помните, что маленькие дети часто смотрят телевизор или смотрят вам через плечо, даже если вам кажется, что они заняты чем-то другим.

Подростки и подростки, скорее всего, будут освещены в средствах массовой информации, как бы вы ни старались ограничить их воздействие. Они увидят первую полосу газеты в продуктовом магазине или увидят новости на своих планшетах и ​​смартфонах.

Вы лучше всех знаете, насколько зрел ваш ребенок и с каким объемом информации он может справиться. Но если она хочет посмотреть новости или посмотреть фильм, снятый во время войны, и вы думаете, что она справится с этим, смотрите вместе.

Поощряйте ее задавать вопросы и, если вы не знаете ответа, скажите ей, что узнаете и ответите на вопрос на следующий день.

Развивайте сострадание

Вы можете обсудить с детьми военную службу и ее последствия. Есть большая вероятность, что они знают кого-то из школы, у кого есть обслуживающий родитель, так что вы можете поговорить о том, как это может повлиять на семью этого ученика.

Это также урок сострадания, помогающий вашему ребенку понять, что семье, у которой есть член за границей, участвующий в войне, может потребоваться небольшая дополнительная помощь.Расскажите своему ребенку о волонтерской деятельности в поддержку семей военнослужащих; это может заставить вашего ребенка почувствовать, что он оказывает влияние.

Вы также можете поговорить со своим ребенком о беженцах, спасающихся от войны в другой стране, и сделать пожертвования на цели, которые их поддерживают. Дети часто чувствуют себя в большей безопасности и увереннее, когда знают, что могут чем-то помочь.

Даже небольшое действие, такое как пожертвование мелочи благотворительной организации, которая помогает детям в охваченных войной странах, или создание пакета услуг для солдат, служащих за границей, может иметь большое значение для того, чтобы помочь вашему ребенку почувствовать, что он может что-то изменить.

Укажите на хороших людей, которые помогают

Хотя террористические акты и войны ужасны, всегда можно найти хороших людей, которые много работают, чтобы помочь другим. Укажите на эти акты служения и доброты своим детям, чтобы они помнили, что, хотя в мире есть несколько плохих людей, есть еще много добрых и любящих людей.

Вы можете найти несколько исторических примеров, когда люди помогали друг другу. Например, есть много людей, которые хотели помочь спасателям после 11 сентября.Есть также много примеров, когда люди помогали людям из раздираемых войной стран.

Вы также можете указать, что есть много профессионалов, которые много работают, чтобы заботиться о других. Военнослужащие, правительственные чиновники, полицейские, врачи и медсестры — это лишь некоторые из тех, кто помогает другим во время военных действий и террористических актов.

Следите за своим эмоциональным состоянием

Ваш ребенок научится справляться с мировыми событиями, наблюдая за тем, как вы справляетесь с проблемами.Так что знайте, как вы реагируете на стресс и как вы общаетесь с другими.

Беспокойство по поводу войны и террористических актов — это нормально. И хотя говорить ребенку, что вы боитесь, это нормально, не обременяйте его слишком сильно своими эмоциями. Вместо этого сосредоточьтесь на шагах, которые вы предпринимаете, чтобы активно справляться со своими чувствами здоровым образом.

Следите за беспокойством вашего ребенка

Для вашего ребенка естественно беспокоиться, сбиваться с толку и расстраивать перспектива войны.И это может повлиять на одних детей больше, чем на других.

Маленькие дети не могут выразить словами свой стресс, поэтому внимательно следите за изменениями поведения, такими как трудности со сном, чрезмерная привязанность, возвращение к детской речи, сосанию большого пальца или недержанию мочи.

Дети постарше могут выражать больше опасений по поводу смерти или сообщать о постоянных неприятных мыслях, если они огорчены. Также будьте внимательны к войне или терроризму. Ребенок, который продолжает говорить об этом, или тот, кто хочет потреблять как можно больше новостей, может изо всех сил пытаться справиться со своим беспокойством.

Дети с проблемами психического здоровья или те, кто пережил травмирующие обстоятельства, могут быть особенно уязвимыми. Дети из семей беженцев или иммигрантов также могут с большей вероятностью испытывать беспокойство и страдания.

Если вашему ребенку трудно справиться с изображениями, которые он видел, или с информацией, которую он слышал, поговорите с педиатром вашего ребенка. Врач может осмотреть вашего ребенка и при необходимости направить к специалистам в области психического здоровья.

Дети в разгар войны

Приблизительно 300 000 детей из более чем 80 стран участвуют в вооруженных конфликтах — носят оружие, сражаются, служат шпионами, носильщиками и поварами и используются в качестве солдатских «жен», согласно отчету, опубликованному в июне лондонским агентством. основанная Международная коалиция по прекращению использования детей-солдат.

В отчете рассказываются ужасные истории о детях, которые смотрели, как горят их дома, как убивают своих родителей, спасаются от огня, заставляют служить в армии или вступать в армию, чтобы избежать голода, закладывают и обезвреживают фугасы и сражаются на передовой.

По данным агентств по оказанию помощи, в сегодняшнюю эпоху боевых действий от 85 до 95 процентов пострадавших или погибших в результате современного вооруженного конфликта — это гражданские лица. Из них около 50 процентов — дети.

Беспокойство об этих детях растет во всем мире: одна из ключевых тем на U.N. Специальная сессия Генеральной Ассамблеи, посвященная детям, будет иметь последствия войны для детей младше 18 лет. На этой сессии шесть представителей АПА объединятся с другими организациями, чтобы гарантировать, что психологические проблемы детей являются частью повестки дня, — говорит Коранн Окородуду, доктор философии. один из представителей.

«Мы будем работать с правительствами, чтобы гарантировать, что результаты специальной сессии действительно станут серьезной мобилизацией для помощи этим детям в предстоящие годы», — объясняет Окородуду.

Воздействие войны

Большинство людей только недавно начали понимать, что война влияет на детей по-разному, говорит профессор психологии Ольстерского университета Эд Кэрнс, доктор философии.Дети не только становятся свидетелями боев и кровопролития, но и сталкиваются с множеством других проблем, в том числе:

  • Утрата основных ресурсов. Вооруженный конфликт разрушает предметы первой необходимости: школы, здравоохранение, надлежащее жилье, воду и пищу. Это мешает общинам создавать для детей среду, способствующую здоровому когнитивному и социальному развитию.

  • Нарушение семейных отношений. У многих детей есть родственники, которых похищают или убивают во время боевых действий, а других забирают из семей и заставляют вступать в армию. Другие разлучены с родителями, спасаясь от конфликта. Утрата семьи создает для детей значительный стресс, особенно потому, что, по мнению психологов, самым большим посредником в том, как они справляются, являются прочные семейные отношения.

«Когда на родителей эмоционально влияет война, это влияет на их способность должным образом заботиться о своих детях», — объясняет Майк Уэсселс, доктор философии, профессор психологии колледжа Рэндольф-Мейкон с большим опытом работы в зонах боевых действий.«Война усиливает насилие в семье, создавая модель, которая затем передается, когда дети становятся родителями».

  • Стигма и дискриминация. Дети, связанные с армиями, часто подвергаются стигматизации из-за их участия в войне. Между тем, враждебная среда не позволяет некоторым детям из числа этнических меньшинств посещать школы, а родителям — зарабатывать деньги, чтобы обеспечивать своих детей.

«Дискриминация и нападение могут привести к формированию идентичности самих себя как жертв», — объясняет Уэсселс.«И это может стать поводом для будущих актов насилия, чтобы убедиться, что никто больше никогда не сможет сделать это с ними».

  • Пессимистический взгляд. «Один из величайших эффектов, которые я наблюдаю изо дня в день, — это потеря надежды», — говорит Уэсселлс. «Как только молодые люди чувствуют себя безнадежными, они действительно сдаются. Они не предпринимают шагов, которые могли бы построить конструктивное будущее».

Уэсселлс, который неполный рабочий день работает с Христианским детским фондом, объясняет, что во многих лагерях беженцев дети растут с ощущением, будто они потеряли все и ничего не могут сделать, чтобы улучшить свою жизнь.В других регионах военный опыт детей может дать им циничный взгляд на взрослых и общество, говорит Джеймс Гарбарино, доктор философии, со-директор Центра развития семейной жизни Корнельского университета и автор книги о том, как военные действия американских банд имеют аналогичные последствия.

  • Нормализация насилия. Многие дети, подвергавшиеся ужасным актам насилия в ключевые годы своего развития, начинают принимать насильственные действия как нормальную часть жизни. «Это подвергает молодых людей риску продолжения цикла насилия», — объясняет Уэсселс.«Насилие — это способ, которым они будут дисциплинировать своих детей или разрешить конфликт с супругом».

Девочки-невидимки

В то время как внимание к детям в вооруженных конфликтах возросло, опыт и потребности девочек только начинают замечаться, говорит психолог Сьюзен Маккей, доктор философии, профессор Университета Вайоминга и бывший дивизион. 48 президент. Во многих местах «дети находятся на низком уровне тотемного столба, а девочки — еще ниже», — объясняет она.«Никто не будет говорить о них. Так что девушки до недавнего времени были невидимыми».

Мало информации о влиянии связи с боевыми силами на остальную жизнь девочек. Например, мешает ли стигматизация солдатского ребенка возвращению девочек в свои семьи или в школу? Чтобы восполнить этот пробел в исследованиях, Маккей и его коллега проводят пятилетнее исследование девочек, связанных с боевыми силами в нескольких регионах. В Уганде, например, у некоторых девочек рождаются дети, которых воспитывают, чтобы они участвовали в боевых действиях.

«Возможно, они никогда не жили нормальной жизнью в обществе», — говорит Маккей. «Они могут никогда не узнать, что значит быть девушкой. Их гендерное развитие может быть полностью искажено».

Первоначальное исследование Маккея показывает, что, хотя девочки сражаются и выполняют другие функции, они часто используются для секса или вынашивания детей. Это подвергает их большому риску подвергнуться сексуальному насилию, заразиться венерическими заболеваниями и развить другие проблемы со здоровьем.

Растущие потребности, мало психологов

АПА У.Представители N. надеются, что специальная сессия этого месяца приведет к новым важным действиям по уменьшению воздействия войны на детей. Но даже если на политическом уровне будет достигнут значительный прогресс, тревожный факт остается: не хватает хорошо подготовленных психологов, чтобы удовлетворить потребности агентств по оказанию помощи.

«Каждая НПО [неправительственная организация] изо всех сил пытается найти людей, которые отстаивают политику и непосредственно занимаются психосоциальными потребностями детей», — говорит Барбара Смит, доктор философии, которая руководит 28 программами помощи за рубежом Международного комитета спасения.Она подчеркивает важность глубокого понимания того, как предоставлять услуги, соответствующие культурным условиям.

Психологам также необходимо отстаивать политику поддержки детей, затронутых вооруженным конфликтом, и помогать неправительственным организациям оказывать другие услуги, такие как предоставление еды, воды и медицинских услуг, деликатными способами, добавляет Смит.

Кэтлин Костельни, доктор философии, старший научный сотрудник Института перспективных исследований в области развития детей им. Эриксона, приводит следующий пример: Агентство по оказанию помощи из самых лучших побуждений втягивает грузовик в лагерь беженцев и бросает в толпу мешки с рисом. .По ее словам, лучшим подходом будет тот, который расширяет участие сообщества, возможно, прося беженцев раздать рис. «Хотя беженцы действительно нуждаются в пище и воде, им также нужно чувствовать, что они контролируют свою жизнь», — объясняет Костельный.

«Иногда ущерб может быть нанесен, когда вы нечувствительны, даже если цель — помочь», — объясняет она. «Психологи могут помочь НПО повысить уровень психологической осведомленности».

Остановите войну с детьми 2020: гендерные вопросы — мир

Дети, участвующие в конфликте, подвергаются наибольшему риску насилия с момента начала регистрации

Новый анализ также показывает, как конфликт по-разному влияет на девочек и мальчиков:

  • Девять из десяти детей-жертв сексуального насилия — девочки;
  • Мальчиков чаще убивают или калечат, похищают или вербуют вооруженные группы;
  • Мальчики с большей вероятностью будут убиты в ходе прямой войны, если девочки будут убиты или серьезно ранены, это с большей вероятностью станет результатом неизбирательного применения оружия взрывного действия.

Войны и конфликты усиливаются и становятся все более опасными для детей, согласно новому отчету, выпущенному организацией «Спасите детей». В то время как меньше детей проживает в районах, затронутых конфликтом, те, кто действительно сталкивается с наибольшим риском стать жертвами серьезного насилия с момента начала систематической регистрации [i].

Исследование показало, что в 2018 году в затронутых конфликтом районах проживало около 415 миллионов детей во всем мире, что немного меньше, чем годом ранее. Тем не менее, количество зарегистрированных серьезных нарушений — наиболее тяжких преступлений, совершенных против детей — увеличилось, что свидетельствует о том, что дети в условиях конфликта с большей вероятностью будут убиты или искалечены, вербованы, похищены, подвергнуты сексуальному насилию, станут свидетелями нападений на их школы или им будет отказано в помощи.

Число детей в зонах интенсивного конфликта составляет ошеломляющие 149 миллионов, что вдвое превышает число всех детей в Соединенных Штатах [ii].

Эта тревожная тенденция является одним из выводов «Остановить войну с детьми 2020: гендерные вопросы», третьего ежегодного отчета организации о количестве детей в конфликтах во всем мире.

Отчет этого года, выпущенный накануне Мюнхенской конференции по безопасности, на которой мировые лидеры собираются для обсуждения вопросов международной безопасности, также содержит систематический анализ того, как шесть серьезных нарушений прав детей в конфликте по-разному влияют на мальчиков и девочек.

Девочки гораздо чаще подвергались изнасилованию, принуждению к детскому браку или становились жертвами других форм сексуального насилия, чем мальчики — 87 процентов всех подтвержденных случаев сексуального насилия касались девочек, а 1,5 процента — мальчиков. В 11% случаев пол не фиксировался. Сомали и Демократическая Республика Конго были самыми опасными странами для девочек.

С 2005 г. по конец 2018 г. было зарегистрировано почти 20 000 подтвержденных случаев сексуального насилия в отношении детей.Это число считается лишь верхушкой айсберга, поскольку о сексуальном насилии, которое часто используется в качестве тактики войны, очень мало сообщается из-за социальных барьеров и связанной с ним стигмы.

Бриска *, 22 года, прибыла в лагерь для перемещенных лиц в Курдистане в Ираке в декабре 2019 года после бегства с северо-востока Сирии со своими пятью младшими братьями и сестрами. Они оставили своих родителей, которые надеялись, что их детям удастся избежать эскалации конфликта, а они остались, чтобы попытаться защитить свой дом.

«Я все еще считаю себя ребенком, так как же я смогу взять на себя роль отца и матери? Они мои сестры и брат, для меня это слишком сложно. Даже в безопасном месте [лагере для перемещенных лиц] девочки боятся, потому что это не то, что когда ты с родителями или с тобой есть старший брат ».

Бриска * сказала «Спасите детей», что чувствовала себя уязвимой: «Происходят преследования и изнасилования [в конфликтах]. Вот почему женщины действительно больше всего страдают в конфликтах и ​​войнах.«

По крайней мере, 12 125 детей были убиты или ранены в результате насилия, связанного с конфликтом, только в 2018 году, что на 13 процентов больше, чем сообщалось годом ранее, поскольку Афганистан является самой опасной страной для детей. Число зарегистрированных нападений на школы и больницы также увеличилось до 1892, что на 32 процента больше, чем в предыдущем году.

Мальчики больше рискуют пострадать от таких нарушений, как убийства и увечья, похищения и вербовка в вооруженные группы и вооруженные силы.Из всех подтвержденных случаев убийства и нанесения увечий 44 процента приходилось на мальчиков, 17 процентов — на девочек. В остальных случаях пол не регистрировался.

Амир * бежал из Ирака в город на северо-востоке Сирии после ранения, полученного в результате авиаудара, в результате которого ему ампутировали руку. Сейчас он живет в лагере со своей матерью и братьями и сестрами. Местонахождение их отца неизвестно.

«Помню, я ходил в школу с отцом. Он вывозил меня и забирал. Но сейчас я в лагере, и мой отец не высаживает меня и не забирает из школы », — сказал Амир.В тот день, когда я получил травму, я был со своим двоюродным братом. Внезапно нас обстреляли. Нас отвезли в больницу. Больше всего во время этого конфликта меня пугала травма ».
Его мать Асма * добавила: «Амир * истекал кровью в течение трех часов. Он истекал кровью с того момента, как его забрали, пока он не попал в больницу. До травм Амир * был в порядке, с ним все было в порядке. Теперь иногда он устает, плачет и болит. Но поскольку он увидел, что обстрел вокруг нас прекратился, он пошел в школу и говорит мне, что теперь ему стало комфортнее.”

Мальчики-подростки с гораздо большей вероятностью были убиты в результате прямой войны, чем девочки, поскольку они с большей вероятностью стали жертвами прямой войны. Когда девочки гибнут или получают тяжелые ранения, это чаще всего является результатом использования взрывного оружия, которое убивает без разбора в городских или населенных районах, поражая дома, улицы и оживленные рынки.

Мальчики также более уязвимы для вербовки вооруженными силами или вооруженными группами и похищений. Из более чем 2500 детей, похищенных вооруженными группами в 2018 году, 80 процентов составляли мальчики.

Ингер Ашинг, генеральный директор организации «Спасите детей», сказала: «Наш отчет показывает, что сегодняшние войны становятся все более опасными для детей. Дети, живущие в зонах конфликтов, подвергаются повышенному риску быть убитыми, искалеченными, завербованными вооруженными группами или подвергнуться сексуальному насилию.

«Поразительно, что мир остается в стороне, пока дети становятся жертвами безнаказанности. С 2005 года было зарегистрировано не менее 95 000 детей, которые были убиты или искалечены, десятки тысяч детей были похищены, а миллионам детей было отказано в доступе к образованию или медицинскому обслуживанию после нападений на их школы и больницы.Бессмысленное разрушение детских жизней будет продолжаться, если все правительства и враждующие стороны не будут действовать сейчас, чтобы отстаивать международные нормы и стандарты и не заставили виновных отвечать за свои преступления.

«Наш анализ показывает, что мальчики и девочки по-разному страдают на войне. Чтобы удовлетворить их особые потребности, мы должны вкладывать большие суммы в помощь их выздоровлению. Дети лучше всего могут рассказать нам, что им нужно для восстановления и восстановления своего будущего. Чтобы это произошло, мы должны их выслушать.”

В своем докладе организация «Спасите детей» заявляет, что единственный способ остановить войну с детьми — это для правительств и других сторон принять и реализовать планы действий, направленные на облегчение страданий детей и поддержку их восстановления на земле.
* Указывает, что имя изменено
КОНЕЦ

ПРИМЕЧАНИЕ ДЛЯ РЕДАКТОРА

  • Отчет «Остановим войну с детьми» включает наиболее полный сбор данных о количестве детей, живущих в районах, затронутых конфликтом. Он показывает, что десять стран с самым низким показателем для детей, живущих в условиях конфликта, остаются такими же, как и в 2017 году: Афганистан, Йемен, Южный Судан, Центральноафриканская Республика, Демократическая Республика Конго (ДРК), Сирия, Ирак, Мали, Нигерия и Сомали.
  • Отчет основан на справочных отчетах PRIO (Институт исследования проблем мира в Осло) о количестве детей, живущих в зонах конфликтов, и Proteknon о гендерных вопросах и конфликтах.
  • Сирия оказалась особенно плохой для детей, с большим количеством серьезных нарушений в отношении детей и 99% детей, живущих в районах, затронутых конфликтом. Конфликт также усугубляется в отношении детей, живущих в Афганистане, Сомали и Нигерии, которые, соответственно, имеют самые высокие показатели убийств и нанесения увечий, сексуального насилия, а также вербовки и использования детей вооруженными силами или вооруженными группами.
  • В 2018 году в районах, затронутых конфликтом, проживало немного меньше детей, чем годом ранее (415 миллионов против 429 миллионов в 2017 году. 149 миллионов из них жили в зонах конфликтов высокой интенсивности, которые являются эрами, в которых зарегистрировано более 1000 смертей в результате боевых действий). в год.

[i] ООН начала регистрировать шесть серьезных нарушений прав детей в конфликте в 2005 году. Шесть серьезных нарушений: убийства и нанесение увечий, вербовка, похищения, сексуальное насилие, нападения на школы и больницы и отказ в помощи.В 2018 году количество этих нарушений было самым высоким за всю историю.

[ii] См. Данные опроса американского сообщества переписи населения 2018 г. годы.

Дети и война | «Культурное выживание»

На протяжении этого столетия было предпринято множество попыток придать содержательность и эффективное существование правам детей в вооруженных конфликтах.Всеобщая декларация прав человека 1948 года, Женевская конвенция 1949 года и дополнительные протоколы 1977 года, Специальная Декларация о защите женщин и детей в чрезвычайных ситуациях и вооруженных конфликтах, принятая Генеральной Ассамблеей ООН в 1974 году, и текущая работа над проектом Международная конвенция о правах ребенка — всего лишь примеры таких законодательных усилий. В целом гуманитарное право предлагает детям в вооруженных конфликтах две основополагающие гарантии: во-первых, они, как гражданские лица, не будут жертвами какой-либо войны; и во-вторых, будучи детьми, они не будут вербоваться или использоваться в качестве солдат ни одной из сторон вооруженного конфликта.

В действительности, однако, ни одно из этих основных прав никогда не было реализовано. Подавляющее большинство жертв сегодняшних войн — это действительно дети. В то время как большинство этих смертельных случаев происходит в результате неизбирательных бомбардировок или нападений на города и деревни, другие — нет. Скорее подростки, мальчики, девочки и младенцы выделяются, ранят и убивают как часть продуманной стратегии. Более того, тысячи детей в настоящее время несут оружие как минимум в 20 продолжающихся конфликтах. Даже девятилетние дети используются в качестве бойцов на передовой в битвах, в которых невозможно победить, в качестве приманок, чтобы заманить противоборствующие силы в засаду, и в качестве миноискателей для взрыва бомб перед наступающими взрослыми войсками.

В период с 1982 по 1984 год гватемальская армия (по собственному усмотрению) разрушила 400 индийских деревень и убила от 30 000 до 50 000 мужчин, женщин и детей в ходе военной кампании против партизанского движения в сельской местности. Из-за этого насилия, направленного против индейцев в целом, дети в ряде деревень были замучены и убиты, в то время как их взрослые дети остались невредимыми. В некоторых случаях эти жертвы были старшими мальчиками и подростками, которых военные считали или могли когда-нибудь стать партизанами.Другие, однако, были младенцами и малышами, еще слишком маленькими, чтобы оставлять мать. Вот как одна 24-летняя мать индейцев майя описала мне смерть семи детей в своей горной деревне:

Сначала мы не думали, что будет проблема, потому что за несколько дней до этого другая группа солдат расспрашивала нас о том, чтобы раздать еду партизанам. Когда мы сказали им, что это произошло однажды и только потому, что партизаны нам угрожали, они ушли. Но на этот раз солдаты сказали, что мы должны быть наказаны.Они вытолкнули пятерых мальчиков вперед, заставили их лечь на землю лицом вниз и выстрелили им в спину. Затем девочку вытащили из рук ее матери, и ее череп разбили о стену дома. Последняя смерть наступила, когда солдат разрезал живот беременной женщине, сказав, что даже нашим нерожденным не пощадят. (2)

Почему? Почему в сегодняшних вооруженных конфликтах уделяется особое внимание детям, будущему любого сообщества, если не всего мира? Как это ни парадоксально, но это происходит именно потому, что дети очень дороги для многих из нас.Уничтожение того, что для кого-то имеет наибольшую ценность, несомненно, является одной из самых эффективных форм терроризма, какую только можно представить; Убивать и ранить детей — значит лишить семью или целую группу ее будущего. Есть ли лучший способ подорвать любую общественную поддержку того или иного дела, чем нападать на тех самых существ, которых мы любим и ценим больше всего в жизни?

Дети-солдаты

Международное гуманитарное право запрещает участие в боевых действиях детей в возрасте до 15 лет и требует, чтобы при вербовке в возрастной группе 15–18 лет в первую очередь указывались дети старшего возраста из этой категории.(3) Эти возрастные различия приблизительно соответствуют тому, что в целом известно об ограничениях и способностях детей в развитии, в том числе об их различных способностях выносить аргументированные и обоснованные суждения. Несмотря на это законодательство, есть как минимум 20 стран, в которых дети от 10 до 18 лет участвуют в гражданских войнах, освободительных армиях и даже в международных войнах. (4) Вербовка детей-солдат часто связана с тяжелыми программами идеологической обработки, объедините призыв к долгу с национальными или религиозными символами, используя средства массовой информации и систему образования для прославления войны.Так обстоит дело в Иране, где, получив специальную религиозную подготовку по мученичеству, тысячи 10- и 11-летних детей были провожены на смерть, буквально неся ключи, которые им были даны, чтобы «застраховать» их вход в рай. 5)

Отсутствие еды и защиты также превратило многих детей в солдат. Начиная с конца 1979 года агентства по оказанию помощи предоставляли специальные групповые дома и услуги «несопровождаемым» камбоджийским детям, которым удалось добраться до центров временного содержания на территории Таиланда.Однако эти же программы не были созданы для родителей-детей в приграничных лагерях. В результате многие стали жертвами вербовочных кампаний кхмерских армий сопротивления, все еще удерживающих вьетнамские войска. (6) В Уганде, где только за последние три года погибло от 100 000 до 300 000 человек, детям в национальных и революционных армиях зачастую лучше. кормят и защищают, чем нестроевую молодежь. «У меня есть ружье, еда и место для сна», — сказал недавно один девятилетний угандийский солдат спасательнице.«Это больше, чем у меня было в моей деревне. Если бы я остался там, я, наверное, был бы уже мертв». (7) В 1982 году фотограф поймал американского зеленого берета, тренирующего 13-летних мальчиков для боя в Гондурасе. На вопрос, почему это разрешено, правительственный чиновник ответил примерно так же: «Иногда это их единственный шанс получить работу, зарплату и полноценный обед» (8).

Также ожидается, что дети будут совершать жестокие убийства против безоружных гражданских лиц в качестве своего рода обряда перехода в боевые подразделения.Например, в своем исследовании la violencia в Колумбии Леон Карлос обнаружил, что мальчиков иногда заставляли убивать других детей того же возраста, чтобы спасти свою жизнь и вступать в военизированные группировки, причем большинство действий совершалось только после жестоких избиений. (9) Действительно, дети-солдаты, совершившие аналогичные преступления против гражданских лиц в Кампучии, Уганде, Сальвадоре и других странах, переживающих кризис, обычно не поддавались «инстинктивной» агрессии, как группа британских мальчиков, изображенная в «Повелителе мух», когда слишком долго отстраняется от взрослых.Скорее, многие дети-солдаты сначала были неохотными участниками, чьи первоначальные чувства страха и вины трансформировались в ярость, стирающую моральную чувствительность под бдительным оком взрослых надзирателей. Как сказал один из лидеров красных кхмеров: «Обычно это занимает немного времени, но в конечном итоге молодые становятся самыми эффективными солдатами из всех». (10)

Как психолог, я мог проследить за успехами нескольких подростков, которые покинули ряды красных кхмеров в 1981 году и поступили в центр содержания для перемещенных лиц в Таиланде.Первоначально было поразительное отсутствие депрессии или раскаяния по поводу совершенных ими злодеяний. Вместо этого они, похоже, считали себя выше других камбоджийцев в лагере, которых они иногда называли «предателями» революции Пол Пота. Хотя такое отношение удерживало их в социальной изоляции, их мысли и речь все же содержали соответствующую степень логики и порядка. И только когда они почувствовали большее принуждение снова войти в социальный и моральный мир последователей Камбоджи, их чувство реальности стало сильно искажено.

Через месяц в лагере четверо из пяти мальчиков смертельно испугались преследований со стороны других жителей, которые, по их мнению, могли «прислушиваться» к их мыслям и чувствам. Один 15-летний подросток начал слышать два голоса, «спорящих друг с другом в моей голове». Первым был голос лидера красных кхмеров, который был зол из-за священника, который «говорит, что даже когда я умру, я буду наказан за то, что сделал». Другой 13-летний мальчик видел видения, в которых кишечник одной из его жертв превратился в змей.Со временем эти галлюцинации утихли. Но ни один из этих бывших детей-солдат никогда не проявлял таких восстановительных способностей, которые я так часто наблюдал у других камбоджийских детей. (11) По моему клиническому опыту, психологические расстройства были сильнее среди детей, которые увековечивали насилие, чем среди тех, кто был его жертвами.

Полученные уроки

Если посмотреть на то, почему основные права детей в вооруженных конфликтах продолжают регулярно нарушаться, кажется, что мы потерпели неудачу не потому, что у нас нет достаточного законодательства, а потому, что у нас нет воли и средств для выполнения этого законодательства.Хотя большинство стран подписали и ратифицировали Женевские конвенции, лишь немногие из них соблюдают эти принципы, когда сами принимают непосредственное участие в войне или оказывают военную поддержку другим странам, находящимся в боевых условиях. С другой стороны, менее 30 стран официально согласились поддерживать Женевские протоколы 1977 года, в которых изложены самые строгие запреты на использование детей в вооруженных конфликтах. Более того, семь из этих подписантов с тех пор вербовали или обучали несовершеннолетних детей для ведения боевых действий.(12)

Иногда не менее проблематично и то, что до сих пор нет жизнеспособной структуры для защиты прав детей и отчетности о них. В ситуациях войны и беженцев Международный комитет Красного Креста (МККК) и Управление Верховного комиссара Организации Объединенных Наций по делам беженцев (УВКБ ООН) имеют на это полномочия. Но обычно оба агентства выполняют свои задачи посредством тихой дипломатии с национальными правительствами, сотрудничество которых считается важным, особенно в странах, которые не ратифицировали свои соответствующие конвенции и протоколы.Критики предполагают, что такая тактика иногда приводит к ситуациям, в которых вопросы защиты нельзя ни агрессивно преследовать, ни публично раскрывать. (13) Неправительственные агентства по оказанию помощи, которые часто оказывают экстренную помощь непосредственно детям, также попадают в эту ловушку. В качестве приглашенных «гостей» правительств многих стран, в которых они работают, их программы могут быть закрыты, а персонал подвергнут опасности или изгнан, если они протестуют слишком громко.

Будущие последствия

Эти уроки особенно важны, поскольку мы ожидаем завершения работы над международной Конвенцией о правах ребенка.Те, кто разрабатывает этот документ с 1978 года, считают, что он будет иметь два основных преимущества по сравнению с предыдущим законодательством: во-первых, как конвенция он будет более сильным и более точным правовым инструментом, чем декларация; и, во-вторых, в отличие от других конвенций, он объединит все гуманитарное законодательство о правах детей в один документ, включая те, которые касаются вооруженных конфликтов.

Но какие бы потенциальные преимущества ни имел этот ориентированный на детей закон, не будет реализован, если он не будет признан большим количеством стран, чем в прошлом, и не будет соблюдаться всеми с большим чувством ответственности.Первыми шагами в достижении лучших результатов являются усиление общественной поддержки прав ребенка и лоббирование с правительствами с целью включения его основных принципов в качестве главного приоритета в свои национальные программы. Агентства по защите и оказанию помощи также должны приступить к разработке системы, позволяющей более эффективно отслеживать и сообщать о положении детей в вооруженных конфликтах в будущем. В самом деле, без более широкого признания и соблюдения любое право, которым обладает ребенок, не имеет большого значения.

Сноски

(1) Г.Блэк, «Под ружьем», Отчет об американцах, Нью-Йорк, ноябрь / декабрь 1985 г .; К. Браун, С такими друзьями: Отчет American Watch о правах человека в Латинской Америке, Нью-Йорк: Книги Пантеона.

(2) Личное интервью, Чьяпас, Мексика, 21 февраля 1986 г.

(3) Женевская конвенция, протоколы I и II, принятая на Дипломатической конференции по подтверждению и развитию международного гуманитарного права, применимого в вооруженных конфликтах, 1977 г.

(4) Д.Вудс, «Дети, несущие оружие», «Дети и война», Труды симпозиума в банях Сиунтио, Финляндия, Союз мира Финляндии, 1983; Отчет о детях — жертвах вооруженных конфликтов, Радда Барнен, Форум НПО, Рим, 28 апреля 1984 г .; Защита детей, Международная комиссия по международным гуманитарным вопросам и Радда Барнен, Симпозиум в Аммане, ноябрь 1984 г.

(5) Дети-солдаты аятоллы, The Economist, 228, 17 сентября 1983 г .; Х. Ирандохте, «Дети войны в Иране», Дети и война, op, cit.

(6) Н. Бутби, «Кхмерские дети: одни на границе», выпуск Индокитая, 32, декабрь 1982 г .; Н. Бутди, «Ужас, надежда», журнал Natural History, январь 1983 г .; Э. Ресслер, Н. Бутди и Д. Стейнбок, Дети без сопровождения в чрезвычайных ситуациях: уход за ними и защита во время войн, стихийных бедствий и движений беженцев, Нью-Йорк, Oxford University Press, (в печати).

(7) Личное интервью, Нью-Йорк, 16 апреля 1986 г.

(8) М. Руис, «Маленькие десантники», Newsweek, 5 апреля 1982 г.

(9) К. Леон, «Необычные модели преступности во время Ла Виоленсии в Колумбии», Американский журнал психиатрии, 125: 11, май 1969 г.

(10) Личное интервью, Тайско-Кампучийская граница, 12 ноября 1981 г.

(11) N. Boothby, op cit., 1983.

(12) Дети в особо сложных обстоятельствах «, Экономический и Социальный Совет Организации Объединенных Наций, E / ICEF / 1986 / L.6, Нью-Йорк, 28 февраля 1986 г.

(13) См., Например, W. Shawcross, The Quality of Mercy, New York, Simon and Schuster, 1984; «В честь непопулярного дела», журнал Time, 26 октября 1981 г .; Дж.Клэй, «Гватемальские беженцы в Мексике», Ежеквартальное издание «Культурное выживание». Кембридж, штат Массачусетс, осень 1984 г.

Авторские права на статью Cultural Survival, Inc.

Остановите войну с детьми — Убитые и искалеченные: поколение нарушений прав детей в конфликте — Мир

Новый отчет: в среднем 25 детей убивают или получают ранения в конфликтах каждый день в течение последнего десятилетия

Организация «Спасите детей» призывает штаты одобрить декларацию о недопущении применения оружия взрывного действия в населенных пунктах

ЛОНДОН, 20 ноября — В общей сложности 93 236 детей [i] были убиты или искалечены в ходе конфликтов за последние 10 лет, как стало известно сегодня.Это означает, что 25 детей, что эквивалентно классной комнате, полной учеников, погибают или получают ранения [ii] в среднем каждый день.

Многие стали жертвами авиаударов, артиллерийского обстрела, противопехотных мин и других взрывных устройств, применявшихся в густонаселенных районах, где семьи были разорваны на части, а десятки тысяч детей остались мертвыми или с травмами на всю жизнь.

Только в прошлом году более трети подтвержденных детских жертв были вызваны применением взрывного оружия, причем их число значительно выше в Афганистане, Ираке и Сирии.

Цифры раскрыты сегодня в отчете «Спасем детей» «Убитые и искалеченные: поколение нарушений прав детей в конфликте».

В отчете также показано, что в 2019 году [iii] около 426 миллионов детей жили в зоне конфликта, что немного больше, чем годом ранее. Около 160 миллионов детей жили в зоне интенсивного конфликта [iv], что также больше по сравнению с 2018 годом.

По словам организации «Спасите детей», взрывное оружие оказывает на детей сложное воздействие, лишает семьи их надежд и возможности получить доступ к жизненно важным услугам и часто коренным образом меняет направление жизни ребенка.

Мохаммад * 15 живет в афганской провинции Мазар со своим дедом. Он нашел взрывоопасный предмет перед своей школой и принес его домой. Когда он попытался открыть его, предмет взорвался, ранив его и его двоюродного брата. После нескольких дней в клинике он обнаружил, что потерял руку.

«Когда я понял, что мне ампутировали руку, я расстроился. Мне стало грустно, я пожалел, что не взял эту патрону и не принес домой, чтобы мне не ампутировали руку. [В больнице] я видел многих другие, чьи ноги были ампутированы и потеряли глаза.»

«После инцидента я был в ужасе. Иногда мне снились кошмары, и я просила брата прийти. Я не мог спать один в комнате. Когда я куда-то иду, мне хочется быть уверенным, чтобы, когда я говорю, мне не приходило в голову, что у меня нет руки ».

Доклад, опубликованный организацией «Спасем детей» сегодня, во Всемирный день защиты детей, является четвертым в серии, озаглавленной «Остановите войну с детьми». Он проливает свет на шесть серьезных нарушений [v], совершенных в отношении детей в зонах конфликтов (подробности см. В сноске)

За последнее десятилетие было подтверждено более 200 000 таких нарушений.К сожалению, рекорд был побит в 2019 году, когда было совершено 26 233 серьезных нарушения. Фактическое число, вероятно, будет еще больше, поскольку о некоторых нарушениях, в частности о сексуальном насилии, не сообщается значительно.

Ингер Ашинг, генеральный директор организации «Спасите детей», сказала: «За резкими цифрами скрываются бесчисленные истории о детях-жертвах войны. Многие люди стали жертвами вопиющего пренебрежения международными законами и стандартами, а правительства закрывают на это глаза. Тем не менее, несколько стран приняли сознательное решение продолжать продавать оружие воюющим сторонам, даже если было ясно, что оно используется против детей.Так не может продолжаться.

«В эти выходные самые богатые и влиятельные лидеры мира соберутся в Саудовской Аравии на саммит G20 в Эр-Рияде. За день езды миллионы уязвимых детей в Йемене не знают, где их следующая еда и выживут ли они после следующего авиаудара или артиллерийского обстрела. Это возможность для мировых лидеров использовать свое влияние и свой голос, чтобы сделать правильный выбор и остановить войну с детьми ».

Даже во время пандемии COVID-19, когда основное внимание следует уделять борьбе с вирусом, противоборствующие стороны продолжают убивать и калечить детей, говорится в сообщении организации Save the Children.В июле ООН призвала к глобальному прекращению огня, одобренного 170 странами, но с тех пор 177 детей были убиты и искалечены в Йемене [vi], десятки были убиты или тяжело ранены в Афганистане, насилие в ДРК резко возросло и дети в Мьянме — частые жертвы.

Ранее в этом году коалиция, возглавляемая Саудовской Аравией и Эмиратами, была исключена из «позорного списка» ООН, в котором указываются лица, виновные в серьезных нарушениях прав детей. Коалиция была исключена из списка, хотя дети в Йемене все еще почти ежедневно подвергаются бомбардировкам, сообщила организация Save the Children.

Г-жа Ашинг продолжила: «Никогда в истории человечества мы не были более осведомлены о нарушениях прав детей — взрывы подтверждены, вербовка задокументирована, и мы видим, как по телевизору голодают дети, поскольку им отказывают в помощи. У нас есть средства предотвратить нанесение вреда детям, но мы продолжаем видеть невероятные нарушения из года в год. Как будто мир перестал заботиться ».

В отчете Killed and Maimed также указывается, что в 2019 году [vii]:

  • Самыми опасными странами для детей в конфликте являются Сирия, Сомали, Афганистан, Йемен, Нигерия, ДРК, Мали, ЦАР, Ирак, Южный Судан и Судан;
  • Более 3 миллионов детей проживали в районе, где насилие бушевало 18 и более лет; количество детей, завербованных в вооруженные силы, выросло на 639 с 2018 года до 7845 в 2019 году.Было установлено, что только в Демократической Республике Конго было завербовано более 3100 детей;
  • Более 4400 раз гуманитарным организациям отказывали в доступе к детям — в шесть раз чаще, чем в 2018 году.

Чтобы ограничить катастрофическое воздействие взрывного оружия на детей, организация «Спасите детей» настоятельно призывает государства ограничить использование оружия, наиболее опасного для детей, ограничить продажу такого оружия, если оно может быть использовано для совершения серьезных нарушений или содействия их совершению. международного права и привлекать к ответственности тех, кто игнорирует международные законы и стандарты.Организация «Спасите детей» также призывает государства поддержать политическую декларацию Ирландии, направленную на ограничение использования оружия взрывного действия в густонаселенных районах.

Кроме того, организация призывает правительства обеспечить полное финансирование защиты детей в рамках гуманитарных мер, включая поддержку психического здоровья детей и их семей.

На той неделе, когда был опубликован отчет, организация «Спасите детей» также выпустила свою столетнюю фотокнигу «Я жив» с захватывающими историями и фотографиями людей, которые пережили одни из самых жестоких войн за последние 100 лет — по одному человеку на каждое десятилетие. .В книге представлены истории одиннадцати выживших детей — от 107-летнего ребенка, пережившего Первую мировую войну, до 15-дневной девочки рохинджа, родившейся в лагере беженцев. Все они были тронуты работой Спасения. Дети во время или после конфликта.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.